Онлайн книга «Саня»
|
— Добрый вечер, Евгений Иванович, очень приятно познакомиться. — Взаимно. Батя пожимает ей руку и отодвигает соседний стул. — Александр не сказал, что будет не один. — Потому что тогда это был бы не сюрприз. — Мне на сегодня сюрпризов от тебя достаточно, — строго обрывает. Вот и первая пуля. — Где матушка? — спрашиваю, оглядывая столовую и делая вид, что всё заебись. — У Кати, сегодня её не будет. Сначала ужин проходит подозрительно мирно. Причём я довольно быстро понимаю, что на ужин можно было вообще не приезжать: батя нашёл себе более интересного собеседника — Эмку. Сначала он спрашивает, давно ли она у нас работает, потом — как ей компания, потом — каким образом она вообще оказалась моим личным помощником. На последнем я вмешиваюсь: — Между прочим, исключительно благодаря моему выдающемуся умению разбираться в людях. — Эмилия, а если серьёзно, — продолжает батя, — как вам работается с Александром? Сейчас будет предательство. Эмка чуть задумывается: — Он действительно хорошо знает свою работу. Батя улыбается, а я эту улыбку знаю — её хрен заслужишь. — Мне она нравится, — сообщает он. — Мне тоже, — вылетает автоматически. Батя уже расспрашивает её о прошлой работе. Эмка отвечает без собеседовательных речей про «стрессоустойчивость» и «нацеленность на результат» — без пиздежа отвечает: где работала, почему уходила, что умеет, чего пока не знает. И чем дольше она говорит, тем яснее становится: батя её уже усыновил, мне за всё детство столько одобрительных кивков не досталось. — Не поймите неправильно, Эмилия, но если бы Александр не сказал, что вы его помощница, я бы решил, что вы дочь Вадима Борисовича. — Корнеева? — давлюсь вином. — Почему? — Эмка тоже удивляется. — Манеры, речь, умение не говорить лишнего — у Вадима дети воспитаны примерно так же. Домой Эмка сегодня уедет с прекрасным впечатлением о моём отце и значительно худшим — обо мне. Нина Петровна приносит горячее, и какое-то время мы просто едим. Я даже успеваю расслабиться — ошибка. — Теперь, когда мы познакомились с Эмилией, — произносит батя, — можно наконец поговорить о том, зачем я тебя позвал. — Я надеялся, ты просто соскучился. — По тебе сложно соскучиться: ты регулярно обеспечиваешь мне своё присутствие через чужие жалобы. За одну неделю ты умудряешься отказаться от Громова, хотя мы готовили эту встречу почти месяц. — Он вёл себя как мудак, — отвечаю. — Он потенциальный партнёр. — Это не даёт ему права вести себя как мудак. — А тебе твоё кресло даёт право посылать многомиллионные контракты нахуй из-за того, что тебе кто-то не понравился? — Тогда зачем посадил меня в это кресло? — Чтобы ты принимал решения головой, а не яйцами, — отец повышает голос, ударяя по столу ладонью. — С Громовым вопрос закрыт, — тоже закипаю. — Для тебя всё закрыто, пока последствия не приходят ко мне. — Какие последствия? — морщусь. — Компания развалилась? Рабочие разбежались? Мы обанкротились? — Нет, ты просто на следующий день идёшь на мероприятие, где должен произвести нормальное впечатление на Корнеева, и вместо этого устраиваешь там драку. Блядь, Эмка же не знает. — Какой мордобой? — спрашивает она. — Никакой, — отвечаю я. — Что с тобой происходит? — Батя складывает руки на столе. — Ничего, — бубню, глядя в тарелку. |