Онлайн книга «Саня»
|
— Нехуй мне советовать, — фыркаю я, подходя к стойке с зеленью. — Эмка любит, когда я думаю своей башкой. Сейчас я ей соберу букет с личным смыслом. Флористка, молодая девчонка, молча берёт в руки секатор и ждёт указаний. Я указываю пальцем на массивные пышные бутоны на витрине. — Будь добра, нахуярь мне вот этих французских роз побольше. Розовые которые. И штук пять вон тех мохнатых веток. Как они там называются? — Маттиола, — напоминает девчонка, аккуратно укладывая стебли. — Во-во. И ещё добавь... как её... эту сиреневую херню с мелкими цветочками, чтобы объём держался. — Эустома? — поправляет она, добавляя цветы в композицию. Звучит как заболевание, но, когда показывает, прикидываю, что будет пиздато. — Давай кидай и её тоже, — комментирую я, наблюдая, как букет начинает приобретать именно тот роскошный вид, который я и задумывал. Эрик критически щурится, разглядывая получившуюся монументальную охапку, и неожиданно признаёт: — Вышло реально обалденно. Не ожидал от тебя такого извращённого вкуса. Постепенно букет разрастается до таких размеров, что за ним уже можно спрятать половину Эмки. — Ещё? Оцениваю получившуюся махину. — Ещё чуть-чуть. Чтобы она поняла, насколько сильно я раскаиваюсь. В итоге получается огромный розовый букет — всё вперемешку, от насыщенно-розового до почти белого. Его оборачивают в несколько слоёв полупрозрачной светло-розовой бумаги и перевязывают широкой атласной лентой. — С вас сорок две тысячи, — тараторит флорист. Эрик уважительно хмыкает, пока я достаю карту. До машины добираемся с трудом: мне нихуя не видно из-за цветов, Эрик тащит свои белые розы и пакет из ювелирки, ещё и комментирует дорогу, будто сопровождает слепого. — Правее бери, там бордюр. — Я тебя сейчас этим букетом уебу. Укладываем цветы на заднее сиденье, пакет из ювелирного я отправляю вперёд, чтобы эта махина его случайно не раздавила. Эрик устраивается рядом, пристёгивается и довольно оглядывается назад. — Красиво, конечно. Эля теперь спросит, почему у неё обычные белые розы, а у твоей Эмки цветочный павильон целиком. — Скажешь, что ты её любишь давно и уже расслабился. Завожу машину и сразу набираю мать. Эмке сегодня писал один раз. Ответила. Сухо, коротко, но ответила, поэтому решил не заёбывать человека своим присутствием хотя бы дистанционно. Зато мать заёбывать никто не запрещал. Она сегодня мой внедрённый агент. — Да, Саш, — отвечает мама после нескольких гудков, по голосу вполне довольная жизнью. — Приветствую княгиню, — бросаю, выруливая со стоянки. — Как там Эмка? Проснулась? Чё-нибудь ела вообще? — Проснулась, Саш, всё хорошо, — голос матери в динамике звучит мягко и успокаивающе. — Поела немного, поначалу совсем тихая была, но сейчас уже поспокойнее держится, не переживай. — Понял, — выдыхаю я, вглядываясь в дорогу. — Мы уже едем. Минут через двадцать собирайся, я тебя домой отвезу. — Хорошо, — мать понижает голос до конспиративного шёпота, от которого у меня даже уголок рта вверх ползёт. — Ну что... купил? Ухмыляюсь, бросая взгляд на заднее сиденье, где лежит заветная коробочка: — Ты минут через двадцать выходи к машине, я тебе лично покажу, заценишь. Сбрасываю вызов и кидаю быстрый взгляд на экран — от Эмки висит утреннее сухое сообщение. |