Онлайн книга «Саня»
|
Теперь она мне его до пенсии припоминать будет. Азамат приносит счёт. Я даже не смотрю на сумму, прикладываю карту, а сверху оставляю столько, чтобы этот хитрый узбек в следующий раз опять кормил как на убой. Заслужил. Перед дамой не опозорил. Поднимаемся. Эмка забирает сумку и уже возле выхода сама находит глазами Азамата: — Спасибо! Было очень вкусно! — Приходи ещё! — орёт тот через ползала. Она улыбается и машет ему рукой. Ишь ты. Первый раз привёл — уже подружились. На улице после духоты даже дышится легче. Машина стоит там же. Забираемся назад, и водитель тут же косится на нас через зеркало: — Дальше куда? Смотрю на часы. Возвращаться в офис уже смысла не вижу: пока доедем, останется часа полтора, а всё срочное я могу сделать и с телефона. — Эм, адрес свой диктуй. Она не спорит и называет улицу и номер дома. Запоминаю сразу. Не специально — просто память хорошая. Водитель забивает адрес в навигатор, и мы трогаемся. Минут через десять Эмка начинает подозрительно ёрзать рядом. Сначала выпрямляется, потом откидывается, кладёт ладонь на живот и тяжело выдыхает: — Дышать тяжело. — Так ты ширинку расстегни. Говорю чисто подъебать. — А можно? — поворачивается она ко мне. Я даже не сразу понимаю вопрос: — Чего? — Расстегнуть. — Да хоть снимай. И эта женщина, вместо того чтобы закатить глаза, реально опускает руки к поясу. Ёб твою мать. Я пошутил вообще-то. А она взяла и полезла расстёгивать брюки. Эмка чуть сползает по сиденью, чтобы добраться до пуговицы, и спокойно её расстёгивает. Теперь сиди, Саня, веди себя прилично. Сам же предложил. — Так лучше, — облегчённо выдыхает она и снова откидывается на сиденье. Смотрю вниз. Без стыда. Без совести. Пуговица расстёгнута, а ширинка — нет. Вот зараза. — Ты уж продолжи начатое. Эмка прослеживает мой взгляд и поднимает глаза. Смотрит как на долбоёба, который в жизни женских трусов не видел: — Мне уже лучше. — А мне нет. Губы у неё дёргаются, и она застёгивает пуговицу обратно. — Э! Она смеётся и отворачивается к окну. Вот так, значит: показали аттракцион и закрыли парк. Оставшуюся дорогу она то смотрит в телефон, то в окно, а я занимаюсь делами: отвечаю на сообщения, пересылаю юристам бумаги Олега Викторовича, успеваю ещё раз поругаться с главным инженером по телефону и окончательно решить, что в офис сегодня не вернусь. Минут через тридцать за окном появляются серые пятиэтажки. Обычный старый район: деревья во дворах, машины наставлены как попало, у одного подъезда бабки на лавке. Эмка наклоняется вперёд: — Вот здесь. У следующего подъезда. Машина останавливается. Она берётся за ручку двери: — Спасибо, что подвезли. — Ага. Выхожу следом. — Вы куда? — оборачивается Эмка. — Провожу. — До подъезда? — Не льсти себе. Мне ноги размять. До подъезда метров пятнадцать — очень серьёзная прогулка. Она явно понимает, что я несу херню, но ничего не говорит. Доходим до двери, Эмка достаёт из сумки ключи: — Спасибо за обед, Александр Евгеньевич. Правда. Было очень вкусно. — Да не за что. Она немного мнётся: — Мне даже неловко. Может, стоило заплатить пополам? — Конечно стоило. Я учту. С зарплаты вычту. — Очень щедро, — почти сразу раскусывает меня Эмка. — Какой есть. Ну а дальше, если следовать всем известной схеме, за шашлык, плов, хорошее впечатление перед строителями и доставку прямо до подъезда дама должна хотя бы предложить чай. |