Онлайн книга «Развод. Второй шанс»
|
Дед Андрей сидел за своим огромным столом. Но он был не один. Напротив него, развалившись в кресле, сидел поджарый седой мужчина в строгом сером костюме. На первый взгляд — приличный пенсионер, если бы не глаза. Абсолютно пустые, ледяные зрачки и пальцы, сплошь покрытые старыми, посиневшими от времени татуировками. На левом запястье угадывался контур перстня. Валет. Вор в законе, старый кореш тестя, державший под собой половину сибирских лагерей. На столе лежала веером раскрытая колода карт. Они играли в деберц. На интерес. На кону стояла пузатая бутылка коллекционного коньяка и тяжёлый золотой портсигар. При моём появлении Валет даже головы не повернул, продолжая лениво тасовать карты в левой руке. Пальцы у него двигались с неестественной скоростью. — Андрей, — я прошёл к столу, расстегнул пиджак и сел в свободное кресло, не дожидаясь приглашения. Голос прозвучал ровно, как на совете директоров. — Разговор есть. Серьёзный. По поводу Вали. Андрей медленно опустил свои карты. Старик посмотрел на меня из‑под кустистых бровей. Взгляд был тяжёлым, насквозь пронизывающим. — Говори, Илья, — с прокуренной одышкой отозвался тесть. — Раз пришёл посреди дня, значит, припёрло. Мы с Валетом свои дела почти раскидали. Я перевёл взгляд на вора, потом снова на тестя. — Развода не будет, — спокойно и чётко заявил я, глядя ему прямо в глаза. — Я против. Ситуация изменилась. Я не подпишу бумаги. Валет на секунду прекратил тасовать колоду. Карты замерли в его татуированных пальцах, но сам он по‑прежнему смотрел в окно, будто его это не касалось. Дед Андрей долго молчал. На его лице не дрогнул ни один мускул, только челюсти сжались, и губы вытянулись в тонкую линию. Старая школа. Он не кричал, не махал руками. Он просто навалился грудью на край стола, посмотрел в глаза. — Ты, Илюша, видать, берега попутал, — почти шёпотом произнёс старик, и от этого его шёпота у меня прошёл холодок по спине. — Ты перед кем тут права качаешь? Забыл, из чьих рук ты первые активы принимал? Слово моё и твой контракт обратного хода не имеют. Стасу двадцать. Всё. Сделка закрыта. — Бизнес я отдам, — спокойно ответил я, держа удар. — Доли перепишу до копейки. Империя будет его, как и договаривались, шлейф уберу, всё чисто. Но Валя остаётся моей женой. Семья будет полной. Я так хочу. Рыпнется, если… Я по судам её затаскаю, адвокатов лучших намучу, апелляциями задушу. Но развод она не получит. Андрей тяжело вздохнул, и вздох перерос в кашель. Он потянулся к чашке с чифиром, сделал глоток. — Ты не можешь так поступать с моей дочерью, зять, — отрезал дед Андрей, и в его голосе прорезался металл, от которого в девяностые люди мочились в штаны. — Она не вещь, которую ты на дальнюю полку задвинул и вспомнил, когда она пылью покрылась. Она двадцать лет на жопе ровно сидела. Измену твою схавала. Шлюх твоих терпела. В гостевом доме, как в ссылке, жила, чтобы у пацана отец был образцовый. Она свой срок отсидела от звонка до звонка, Илья. Честно отсидела. И сейчас она уходит. По нашему уговору. — Она жить собралась на сто тысяч рублей, Андрей, — впервые за разговор в моём голосе проскочила истерика. — В конуре! Она надо мной издевается! Над моей фамилией издевается! Тут Валет рассмеялся. Он наконец повернул ко мне свою седую голову. |