Онлайн книга «Развод. Второй шанс»
|
Ванька при этих словах набычился, отвёл взгляд в сторону забора и стал всё отрицать: — Да ладно тебе, Валюх, чего ты начинаешь сразу? Всё ровно там. Какие больнички, ты чего? Переболит и рассосётся. Валя строго посмотрела на него. Ваня под её взглядом пару секунд поскрипел зубами, а потом обречённо вздохнул и сдался: — Ну ладно, ладно… Был я у коновалов. Диету назначили. Суп-пюре, короче, тоска. Никакого нормального хавчика теперь, хоть зубы на полку клади. — Ну вот и отлично, что сходил, — подытожила Валя, разворачиваясь в сторону дома. — Пошли. Борис булочки поест, а ты — супчик с курицей. — Я тоже с курицей хочу! — неожиданно оживился Борис. — И тебе, Борь, — добавила она, покосившись на бледного Дуршлага, — и тебе бульона налью. Горячего, с сухариками. Голова посвежеет, вот увидишь. Пойдёмте в дом, мальчики, хватит мёрзнуть. Борька молча и благодарно кивнул, поплотнее запахивая куртку. Спорить сил не было — виски ломило. Кипятильник, уловив затылком пьяный голос какого-то гостя, на секунду притормозил. Плечи его привычно качнулись, а кулаки в карманах сжались. Он обернулся, смерив гостя таким взглядом, от которого мгновенно наступало трезвое прояснение в мозгах. Но гость был слишком пьян, чтобы заметить угрозу. Он сыто рыкнул, зацепился ногой за порог и пошёл к такси, шатаясь. — Тьфу, шушера, — вполголоса сплюнул Ванян. Они зашли в дом. Пока мужчины стаскивали ботинки в прихожей, Валя уже хозяйничала у плиты. Чиркнула спичка, зашумел газ под кастрюлей. Борька присел на стул у окна, стараясь не делать резких движений головой. — Ну-ка, страдалец, держи, — Валя протянула ему стакан с водой и две белые таблетки. — Сначала это, а потом уже чай и булки. — Премного благодарен, Валентина Андревна, — Борька закинул лекарство в рот и одним глотком опустошил стакан. — Прямо спасаешь. А то в башке десантники окопы роют. Ванян тем временем устроился за столом. — Диета, значит… — проворчал Кипятильник, глядя, как Валя разливает по тарелкам золотистый куриный бульон. — Борька вон булки точить будет, а мне водичку с укропом. Дожили, блин. Старость — не радость, Дуршлаг, да? — Да ты не гунди, Ванян, — отозвался Борька, заметно повеселев после таблеток. — Зато ливер целее будет. На Алтае, на чистом воздухе да на домашнем супчике язву залатаешь. Там, говорят, бабки такие травы продают — мёртвого поднимут. Валя поставила перед Ваней тарелку. — Ешь давай, критик больничный. Курица домашняя, не магазинная, разварилась хорошо. Тебе сейчас только такое и можно, если не хочешь на операционный стол загреметь. Ваня взял ложку, подул и сделал первый глоток. Лицо его разгладилось. — Ну… за такое можно и криминальное прошлое простить, — одобрительно хмыкнул он. — Душевно, Валюх. Спасибо. Они ели в тишине. Валя присела напротив, просто смотрела на них. Ей было странно, что эти двое — бывшие громилы из отцовской группировки, которых когда-то до смерти боялся весь район, — сейчас сидят на кухне, послушно едят суп и искренне переживают за её будущее. Она будет по ним скучать. — Ребят, — тихо прервала она молчание, — а на Алтае-то… дом большой купили? Ваня поднял глаза от тарелки, прожевал и вытер губы салфеткой. — Да обычный, деревянный, из кругляка. Зато банька знатная, прямо на берегу речушки стоит. Места глухие, Валюх. Волки, конечно, не ходят, но сотовой связи почти нет. Самое оно, чтоб про нас все забыли, и мы про всех тоже. Огород разобьём. Козу, может, Борька заведёт, он у нас любитель фауны. |