Онлайн книга «Хищные мужья для невезучей. Академия Псиоников»
|
Я всё равно что ребёнок перед профессиональным бойцом. Если бы шиарииц захотел, то сломал бы мою защиту, как скорлупу… Да что уж! Защиту каждого в этом коридоре он взломал бы, за один щелчок. А потом вломился бы в разум и увидел бы все тайны… Но это преступление! Запрещено так делать, потому что тот, к кому вломились, может сойти с ума. Для подобного нужны веские основания! А их нет! “Но если маршалы меня узнают — то основания появятся”, — кольнула разум пугающая мысль. Оберон смотрел на меня. Мощные волны энергии накатывали на мой пси-щит. И я даже сжала зубы, от напряжения. Чёрный хвост с раздвоенным кончиком извернулся в мою сторону, будто принюхиваясь… и вдруг недовольно щёлкнул по воздуху. Тёмноволосый мужчина тоже потянул носом воздух, а потом… сморщился и отвернулся, будто потеряв ко мне интерес. И только тогда я отмерла. Задышала часто-часто, будто у меня случилось кислородное голодание. Звуки стали возвращаться, как если бы я вынырнула из воды. “Мимикрия, которую я выпила, сработала!” — пронеслось в мыслях. Облегчение было таким сильным, что чуть не сбило с ног. Я растерянно перевела взгляд на директора, который, краснея и потея, что-то объяснял Сайросу, взирающего на него сверху вниз с таким видом, будто перед ним таракан, по глупости забравшийся на носок ботинка. — … поэтому я и принял личное решение об отчислении недобросовестной адептки. Во имя спокойствия Академии, — пробормотал директор, видимо, заканчивая объяснять, почему он разорался перед кабинетом и почему хотел меня исключить. Я перевела взгляд на маршала… Сначала на одного, потом на другого. На их лицах не дёрнулся ни единый мускул. — Вы же сами понимаете, что несёте какой-то бред? — почти ласково спросил Сайрос. И от его слов тишина в коридоре сделалась особенно звенящей. — Ч-что… — Есть устав. А ваши личные решения оставьте для вашей жены. — Н-но… — задрожал директор. Только голос у него теперь был не громкий, а писклявый. — И вы толкнули адептку, — продолжил Сайрос, скрестив мощные руки на груди. — Это тоже ваше “личное решение”? * * * — Нет, это случайность! — замотал головой Бойрон. — Я лишь заступился за ученицу, которую оклеветали! — Заступились? За кого? За эту… — Оберон коротко взглянул на бледную Зою. Его глаза вспыхнули, и я поняла, что сейчас шиариец просматривает её дело на внутреннем пси-поле. — Да, за неё! Она лучшая на потоке, а ещё… — А ещё, судя по личному делу, она ваша племянница, — кивнул маршал, мрачно дёрнув уголком губ. — …слышал, что у человеческой расы остался атавизм “проталкивать родственников”. Пришлите её полные файлы на проверку. И записи с последних экзаменов. Зоя закусила губу и с мольбой посмотрела на директора. — Девушка тут ни при чём! — пыжился Громобой, став похожим на раздувшуюся от возмущения лягушку. — Она тут тоже случайно! Так сложилось! Я просто хотел восстановить справедливость! — Что ж, очевидно, что вы слишком часто подвержены “случайностям”, директор Бойрон, — отчеканил Оберон, окидывая круглую тушу громобоя ледяным презрительным взглядом. — Это недопустимо на должности руководителя Академии. Я подниму вопрос о вашем соответствии занимаемому месту. Вот так. Унизил. При всех. Директор — обычно красный — сейчас побледнел до цвета извёстки. Весь как-то сдулся, скукожился. А потом бросил на меня такой говорящий взгляд, что я поняла — теперь, даже если доживу до конца шиарийской комиссии, Громобой сживёт меня со свету! |