Книга Друг свёкра. Любовь, которую я выбираю, страница 7 – Ольга Люм

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.ec

Онлайн книга «Друг свёкра. Любовь, которую я выбираю»

📃 Cтраница 7

— Знаю, Лида, — говорит Александр Петрович, и в его голосе я слышу усталый вздох. — Он пришёл в двенадцатом часу. Злой, как чёрт. Ничего не объяснил, прошёл в комнату, закрылся. Мать его, конечно, суетилась, чай таскала, расспрашивала… Он нагрубил ей. Сказал, чтобы отстали.

Я открываю рот. Он нагрубил матери? Илья? Тот самый Илья, который всегда говорил: «Мама для меня святое»? Я не могу в это поверить. Но Александр Петрович не стал бы врать.

— Сейчас он спит ещё, — продолжает свёкор. — Я к нему не лез. Пусть выспится, остынет. А ты как? Как сама-то?

Этот простой вопрос — «как сама-то» — добивает меня окончательно. Слёзы, которые я сдерживала, прорываются наружу, и я зажимаю рот рукой, чтобы он не услышал всхлипов. Но он слышит. Он всё слышит.

— Плачешь? — спрашивает он, и в голосе появляется тревога. — Лида, ты не плачь. Не надо.

— Я не плачу, — вру я, вытирая щёки дрожащей рукой. — Я просто… я волнуюсь. Он сказал такие слова вчера… Я не знаю, что мне теперь делать.

Александр Петрович молчит несколько секунд. Я слышу, как он отодвигает стул, как шуршит газета. Он собирается с мыслями. Я знаю эту его привычку — прежде чем сказать что-то важное, он делает паузу, собирает слова, взвешивает каждое.

— Слушай меня, Лида, — наконец говорит он, и его голос становится твёрдым, почти командирским. — Я не знаю, что там у вас случилось. Не хочу знать, если честно. Вы взрослые люди, сами разберётесь. Но я знаю одно: Илья вчера был не в себе. Я таким его давно не видел. И не потому, что ты ему что-то сделала. А потому, что у него накопилось. На работе, наверное, или ещё где… он не говорит. Он вообще говорить не умеет, мой сын. Злится, молчит, а потом взрывается.

Я слушаю, затаив дыхание. Он говорит то, что я чувствовала, но не могла сформулировать.

— Ты ему не враг, — продолжает свёкор. — Ты его жена. И если он этого не понимает, то… — он вздыхает, и в этом вздохе мне слышится что-то, похожее на горечь. — То это его проблема. А ты… ты держись. Не беги за ним. Не умоляй. Он сам должен остыть и прийти.

— А если не придёт? — шепчу я в трубку.

— Придёт, — отвечает он уверенно. — Куда он денется. Ты его жена. Он тебя любит. Просто… бывает, что любовь прячется под злостью. Но это не значит, что её нет.

Я закрываю глаза и представляю его лицо. Спокойное, с мягкими морщинами. Свёкор всегда был моим союзником, даже не зная об этом. Он не лез, не советовал, не осуждал. Он просто был рядом. И сейчас он говорит мне то, что я должна услышать: не унижайся. Не проси. Жди.

— Спасибо, — выдыхаю я, чувствуя, как напряжение начинает понемногу отпускать. — Спасибо вам.

— Не за что, дочка, — отвечает он. — Ты только не кисни. Позавтракай нормально, чай попей. И не сиди дома. Выйди, проветрись. Сходи в магазин, в парк. Не замыкайся.

Я киваю, хотя он меня не видит. Киваю и понимаю, что он прав. Если я останусь в этой квартире, в этой тишине, с этой пустой кроватью, я сойду с ума.

— Александр Петрович, — говорю я, прежде чем он успевает попрощаться. — А он… он не говорил, надолго он к вам?

Свёкор молчит. Слишком долго молчит. И в этом молчании я слышу ответ, который мне не понравится.

— Не говорил, — наконец отвечает он. — Но я с ним поговорю. Когда проснётся. Не дам ему там сидеть, войну разводить. Ты моя невестка, я тебя в обиду не дам.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь