Онлайн книга «Друг свёкра. Любовь, которую я выбираю»
|
Я провела рукой по его щеке, по губам, по подбородку. — Ты не разучился, — сказала я. — Ты просто ждал меня. Он улыбнулся — той редкой, настоящей улыбкой, которая делала его лицо моложе, светлее, счастливее. — Ждал, — сказал он. — Всю жизнь ждал. Просто не знал. Он поцеловал меня — долго, глубоко, не торопясь. Его руки скользили по моему телу, изучая, запоминая, лаская. Он касался меня так, будто я была самым хрупким, самым драгоценным, что у него есть. Легко, нежно, но с такой страстью, что у меня перехватывало дыхание. Я отвечала ему — гладила плечи, спину, грудь, чувствуя под пальцами твёрдые мышцы, — и то, как он дрожит под моими прикосновениями. Сильный, властный мужчина дрожал от моих рук, от моих губ, от того, что я шептала ему на ухо. — Я люблю тебя, — шептала я, и каждое слово было как поцелуй. — Люблю, люблю, люблю. Он не говорил ничего. Он просто дышал — тяжело, прерывисто, — и его руки сжимали меня так, будто он боялся, что я исчезну, растворюсь, окажусь сном. Когда он вошёл в меня, я вскрикнула — не от боли, от неожиданности. От того, как это было правильно. Как будто две половинки, которые искали друг друга всю жизнь, наконец соединились. Он замер, глядя мне в глаза, и я видела, как его зрачки расширились, как на лбу выступила испарина, как дрожат его ресницы. — Ты моя, — сказал он, и в его голосе не было вопроса. Было утверждение. Спокойное, уверенное, мужское. — Твоя, — ответила я. Он начал двигаться — медленно, не торопясь, как будто мы были не в постели, а в танце. Я закрыла глаза, отдаваясь этому ритму, этому теплу, этой близости, которую я искала так долго и наконец нашла. В темноте, в лесу, в объятиях мужчины, который не умел говорить красиво, но умел любить так, как никто другой. Каждое его движение отзывалось во мне вспышкой, волной, дрожью. Я сжимала простыню пальцами, кусала губу, чтобы не кричать, но он накрыл мой рот поцелуем и прошептал: — Не молчи. Я хочу тебя слышать. И я не молчала. Я стонала, шептала, плакала — от счастья, от того, что это наконец случилось, от того, что я так долго жила без этого и не знала, как много теряю. Он кончил первым — и я почувствовала, как его тело напряглось, как он замер, прижавшись ко мне всем телом, как его дыхание стало рваным, прерывистым. А потом он снова начал двигаться — не останавливаясь, не давая мне опомниться, ведя меня за собой к тому краю, на котором я ещё никогда не была. И я полетела. В первый раз в жизни — по-настоящему, без притворства, без желания поскорее закончить, без мыслей о том, что я должна выглядеть красиво, должна стонать погромче, должна сделать ему приятно. Я просто летела, чувствуя, как его руки держат меня, как его губы шепчут мое имя, как его тело — сильное, горячее, любимое — становится моим миром, моим домом, моей вселенной. После мы лежали в темноте, переплетённые, мокрые от пота, счастливые. Я прижималась к его груди, слушала, как бьётся его сердце — сначала часто, потом медленнее, спокойнее. Он гладил меня по голове, по спине, по рукам, и я чувствовала, как его пальцы дрожат — чуть-чуть, едва заметно. — Егор, — прошептала я. — М? — Это было… я не знаю, как сказать… волшебно. Я никогда… Он поцеловал меня в макушку, и я почувствовала, как он улыбается. |