Онлайн книга «Экзамен на отцовство. Семья для Лютика»
|
«Могла бы и одеться скромнее. Тем более здесь… Перед кем тут ж. пой крутить», — хмыкаю раздраженно и сам себе приказываю заткнуться. Мне уж точно до ее прикида нет дела. Левая женщина, случайно от меня залетевшая. Ребенка своего я никогда не брошу и его мать поддержу материально. На этом все. Ни о какой свадьбе не может быть и речи. Да и не нужна мне жена. Сын есть. Воспитаем. — Яков, — зовет меня Лаура. Безотчетно киваю. Что еще? Натыкаюсь на взгляд. Злой и колючий. Молодые матери обычно так не смотрят. кажутся более спокойными и благостными. А эта настороженная, сердитая. Хищница хренова. Какого меня занесло к ней в койку? До сих пор не пойму. «Нет, не пошло ей материнство на пользу», — только успеваю подумать, как вперед выходит медсестра с младенцем в синем комбинезончике. — Вот, папаша, держите, — протягивает мне ребенка. — Головку, головку аккуратно, — поправляет поспешно маленькую голову в синей теплой шапочке с серым бубоном. Беру на руки и сам не верю. Мой. Мой сын. Офигеть! Рассматриваю каждую черточку на лице и млею. Наш он. Лютовский пацан. В мою породу. Сердце частит от напряжения и счастья, в голове туман. Но сына я держу крепко. Мой он. Ни за что не отпущу. Малыш легкий. Сколько он там весит? Килограмма четыре вместе с одежками. Но мне кажется, я держу на руках целую вселенную. Сын смотрит на меня не мигая. Складывает маленькие губки бантиком. В мутных глазках целый космос. Неизведанный и непонятный. Замечаю ямочку на подбородке. Точно такую же как у Антона. — Глянь, братан, на тебя похож, — только и могу выдохнуть в изумлении. — Наш. Лютовский, — радостно восклицает Тоха. — Давай сфоткаем. Юре отправим. — Да погоди, — едва касаюсь губами маленького лобика. — Нельзя, нельзя, — причитает медсестра. — Инфекция… — Тоха, гляди, зевает! — воплю восторженно. — Кхмм… — откашливается Лаура, привлекая внимание. Перевожу на нее взгляд. Мать моего сына, задрав подбородок, будто со стороны наблюдает за нами. Совершенно случайно зашла в роддом и увидела знакомых. Остановилась поздравить. — Лаура, — зову тихо. — Ехать надо. Где твои вещи? — оглядываюсь по сторонам. — Антону давай сумку и сама надевай пуховик, — велю на автомате. — Минутку, Яков Дмитриевич, — официально заявляет мать моего сына. Смотрит победно. Да еще накрашенные яркой помадой губки куриной ж. пкой складывает. Ох не нравится мне все это. Ох, не нравится. Но в чем подвох пока не пойму. Не доходит до меня. Эйфория кружит, мама не горюй. Вот и не могу собраться, мыслить здраво не могу. Да и какая подстава может быть? Здесь? В роддоме? Не смешите меня. — Сейчас, — Лаура забирает сумки у медсестры. Достает из бокового кожаного кармана тонкую папку. Протягивает мне. — Вот, ознакомьтесь. На этом все, — вздергивает подбородок. Смотрит с видом победителя. А я не врубаюсь… — Что это? — выдыхаю обалдело. — Тоха, возьми, — прошу брата. — Что там? — переспрашиваю хрипло. — Отказ от ребенка, — выдыхает в ужасе тот. — Оформлен нотариально. Нотариус Заварухина… Медсестра и санитарка застывают в изумлении. Я тоже. Сейчас главное сына не уронить. — Ну все, мальчики, счастливо, — весело воркует Лаура. — Мне пора, — кивает на входящего в роддом Мальцева. — Витя, сумки кто заберет? — восклицает капризно. |