Онлайн книга «Лютая любовь»
|
— Что тут у вас? — интересуюсь холодно. Мне бы по-быстрому это дело разрулить и подняться к Гуле. Вот что она там ревет? Вредно же! — Да вот… смотрим, товарищ подполковник, — тянет один, лениво вставая с места. — По форме докладывать, — цежу раздраженно. — У нас тут что? Клуб по интересам или оперативная работа? — Так мы это… — спохватывается второй. — Записи нам не отдают, требуют ордер прокурора. А мы боимся, что пока будем запрашивать, подменят данные с камер наблюдения. — А ну-ка, — сажусь на освободившееся место. — Когда произошел несчастный случай? — Мы бы трактовали происшествие как убийство, — осторожно замечает один из оперативников. Маленький худой человечек с тонкой шейкой. — Был суд? Обвинение вынесено? Факты подтвердились? — Нет… Но… — Тогда какого ярлыки навешиваешь, капитан? Время происшествия? — Семнадцать сорок. — Все записи мне на это время поставить, — приказываю второму оперу. Толстому мешковатому парню с погонами лейтенанта. А затем внимательно смотрю на экран. Вот из комнаты на втором этаже выскочила строгая бабка с палкой. Спина прямая, шаги нервные. Ясен пень, на кого-то обиделась. Вон еще дверью хлопнула. Идет, под ноги не смотрит. Черная юбка вокруг ног закручивается. Старуха оборачивается на дверь. Что-то бормочет грозное и делает шаг. Спотыкается на лестнице и летит кубарем вниз. Перевожу взгляд на данные с других камер наблюдения. Они тут, слава богу, на каждом углу понатыканы. Даже чихнуть нельзя, сразу все с десяти глазков запишется. Но что-то не вяжется. С трех углов холл и лестница просматриваются, а четвертого нет. Действительно, если смотреть так, то худая высокая женщина появляется будто из неоткуда в тот момент, когда бабка совершает свой последний в жизни полет. — Откуда она взялась? — тыкаю пальцем в подозреваемую. — Мы не знаем, но это она столкнула, — пыхтит худой капитан. — Данные с четвертой камеры найти быстро, — приказываю хмуро. Надоел мне этот балаган. Сейчас осудят ни в чем не повинную женщину. Хафизов ее, конечно, вытащит, но если она виновата, я хочу иметь веские доказательства. — Мы тут в прятки играть собрались? — строго смотрю на обоих субчиков. — Николаич, тут такое дело, — преданно глядя мне в лицо шепчет капитан. — Ты в наших краях новый человек. А мы все пути-дорожки знаем. Можно хорошо Хафизова на бабки выставить. — Смотри, как бы тебя из органов не выставили с волчьим билетом, — цежу я. — Быстро запись вернули. У вас тридцать секунд. Даже не минута! Минуты слишком много. Мои охреневшие дознаватели должны испугаться, а не задумываться. — Вот она, — первым сдается лейтенант под злобными взглядами напарника. Смотрю последнюю запись и как говорится, вопросов нет. Все и так понятно. Женщина выходит из комнаты. Ровно в тот момент, когда бабка спотыкается. Бежит помочь, но не успевает. — Ну и как она могла столкнуть потерпевшую? — усмехаюсь криво. — Расскажи мне, опер хренов, — пристально смотрю на дознавателя. — Силой мысли, что ли? Тот молча краснеет, словно весь наливается пунцовой краской. — Зашибись, вы работаете! — поднимаюсь с места. — Женщину задержали? Придется освободить… Где она? — В кладовке заперли. Реваз охраняет. — Вы нормальные? — подрываюсь с места. Вылетев из комнаты, натыкаюсь взглядом на Тимура, впечатавшегося в стену. Представляю, что мужик пережил, пока мы разбирались. Как мышь замер. Наверное, и пошевелиться боялся. — Срочно выпустить, — шагаю по коридору. — Где эта чертова кладовка? |