Онлайн книга «Идущий по следу»
|
— И как? — Да никак. Потерпевший заявления не подавал. Самодурова подержали пару суток в КПЗ и отпустили с миром. — Повезло — заметил я. — Откупился — не согласилась Марина. — А какая разница? — подвел итог дискуссии Чернов. — Это все? — Почти. Загранпаспорта в настоящее время не имеет. А по внутригосударственному дедушка в последние два года никуда не выезжал. — И это все о нем? — Теперь да. — Благодарю — я повернулся к Вите — Твоя очередь. — Шульман Ефим Михайлович — сообщил тот — Фантом. — В смысле? — Такое впечатление, что этот господин появился на свет в возрасте шестидесяти пяти лет. И тут же устроился консультантом на договоре у честнейшего парня Карбаинова. А совсем недавно пропал. Паспорт у него — левее левого, я проверил. Данные о прописке — полнейшая лажа. И это все о нем. — Не понимаю — Марина нахмурилась — Зачем принимать на работу того, кого не существует? Какой смысл? — Встретимся — я принялся давить на кнопки клавиатура ноутбука — Тогда и спросим. — Кого? — Марина посмотрела с удивлением — Шульмана? Его же не существует. — Спросим конечно же Самодурова — пояснил я — А он, может быть, расскажет нам о Шульмане. — Уверен? — В общем-то да — признался я — Есть такая надежда. — Ты, что, его нашел? — Не я, а ты. Как называлась та деревня, где он кого-то бил или его били? — Петрыкино, а что? На экране ноутбука высветилась карта Московской области. «Петрыкино» забил в поисковик я. И очень удивился, узнав, что такой деревни в области нет и никогда не было. Зато есть или было село с таким же точно названием. — Слушайте приказ по гарнизону — бодро заявил я — Водки сегодня не пить, по дискотекам не шляться. Отбой в двадцать два ноль-ноль, можно раньше. Подъем ровно в пять. Едем в гости. — Куда? — спросил хором гарнизон. — За город. На внедорожнике. Иначе нам туда, боюсь, не добраться. Глава восемнадцатая Скажи-ка, дядя Сначала закончился асфальт, потом дорога. И началась собственно Россия. Та, что судя по бодрым рапортам с мест, постоянно встает с колен. И один бог знает, когда поднимется. Последние несколько километров мы прошли пешком. Поднялись на пригорок. Я остановился у покосившегося столба с проржавевшей насквозь табличкой, на которой с трудом можно было прочесть: «с. Петрыкино». Достал бинокль и принялся обозревать окрестности. Когда-то здесь было село, где жили люди. Появлялись на свет, учились, трудились. Играли свадьбы, провожали в армию и в последний путь. Жили, в общем. А потом все это кому-то помешало. В результате остались только пустые избы, разрушенное, как после бомбежки, двухэтажное здание сельского клуба, церквушка с дырявым куполом без креста, да ржавый трактор в засохшей луже как памятник демократии и прогрессу. И ни одной живой души. Почти. — Вон он — зоркая Марина заметила его раньше меня. — Пошли — я двинулся, не скрываясь, вперед. Марина с Витей — несколько в другом направлении. Воспитанные люди перед тем, как войти во двор, деликатно стучат или пользуются звонком. Я такой возможности ввиду отсутствия калитки был лишен. Поэтому просто вошел. Профессия каждого человека рано или поздно откладывает отпечаток на его внешность. Но не в этом случае. Вольготно расположившийся в кресле во дворе дома персонаж меньше всего походил на человека с семью классами образования и тремя ходками к хозяину. Если бы меня спросили, кто, по моему мнению, этот человек в махровом купальном халате поверх спортивного костюма, я бы с уверенностью предположил, что это может быть университетский профессор или известный писатель. А, может, актер больших и малых академических театров. |