Онлайн книга «Миссис Марч»
|
Она прогулялась по узким проходам и стала брать в руки несколько ароматических свечей, чтобы понюхать. Независимо от того, что значилось на этикетке, все они пахли пылью. — Чем я могу быть вам полезен? Она повернулась и увидела продавца – маленького и толстенького лысого мужчину с волосатыми руками и волосатыми костяшками пальцев, волосы пучками торчали в задней части его шеи и из ушей. Создавалось впечатление, будто его тело старается извиниться за потерю волос на голове. По крайней мере, так подумала миссис Марч. — О, здравствуйте, – поздоровалась она, поставила свечку – «Начинка для индейки» – назад на полку и направилась к прилавку, у которого стоял продавец. На стене за кассой висело объявление: «Охотничьи и рыболовные лицензии продают здесь!» – Я… я просто смотрела. — Просто смотрели в магазине с всего тремя проходами? Это очень странно. Большинство людей приходят сюда со списком, если у них закончились яйца или молоко. – Миссис Марч тупо смотрела на него, пока он не добавил: – Ну, смотрите, сколько хотите. Никто вас не торопит. Дайте мне знать, если вам что-то понадобится. — Ну, на самом деле… – заговорила она, заламывая руки с потрескавшейся кожей. – Мне любопытно, не знаете ли вы что-нибудь о случившемся, об убитой девушке. Продавец вопросительно приподнял брови, глаза у него округлились. — Я знаю, что любопытство – не самая лучшая черта, – поспешила объяснить миссис Марч. – Но только я не из этих мест, я здесь просто проездом, и эта история поразила меня в самое сердце. Я мать, – смело заявила она, с каждым словом приобретая все большую уверенность. – У меня есть дочь, а Сильвия очень напоминает мне мою Сьюзан. Брови у продавца опустились вниз, лицо расслабилось и приобрело выражение, напоминающее нежность. Он показательно посмотрел направо и налево, потом перегнулся через прилавок, опираясь на локти. — В общем, нам тут в последние несколько недель пришлось на самом деле трудно, – сказал он. – Мне в особенности – я ее лично знал. Теперь пришел черед миссис Марч приподнимать брови. — Правда? – спросила она, затаив дыхание. — Я имею в виду, что она сюда иногда приходила. Знаете, за молоком, батарейками, другими товарами. — О, – выдала миссис Марч, выдыхая. — Но должен вам сказать, что эта девушка дружила со всеми. Была по-настоящему дружелюбной. Одна из самых добрых людей, которых я когда-либо встречал. Она жертвовала консервы и свою старую одежду тем, кому в жизни повезло меньше. И не только на Рождество. — Боже праведный! – воскликнула миссис Марч. – Какая ужасная потеря. Как интересно, подумала она, что статус человека неизменно повышается после его смерти. Миссис Марч много раз рисовала в своем воображении собственные похороны. Джонатан, всегда такой невозмутимый, наконец теряет самообладание, и его сотрясают рыдания, когда он держится за гроб матери. Джордж стоит рядом с ним и шокированно молчит, большинство воспримут это молчание как стоицизм, но на самом деле это будут раскаяние и сожаление. Люди станут вспоминать ее с любовью, чувствовать бо́льшую близость, чем когда-либо при жизни. Миссис Марч любила представлять, как какой-нибудь еще писатель пишет биографию Джорджа и включает в нее большой раздел, посвященный ее преждевременной смерти. Звучало это все великолепно, пока она не представила биографа сующим нос в ее прошлое, копающимся в тайных уголках ее жизни и извлекающим на свет божий менее лестный ее портрет, еще одну версию несчастной, жалкой Джоанны. |