Онлайн книга «Сломанные игрушки»
|
— Вот список того, что мне понадобится. Помимо личных нужд, нужна отдельная комната для занятий, кушетка, массажный стол, ароматические масла, свечи, аппаратура для просмотра видео. Место, где она сможет расслабиться и чувствовать себя в безопасности. Это критически важно для начала работы. Фридрих пробежал глазами по списку. Ничего такого, что его люди не могли бы обеспечить за пару суток. — Все будет сделано. Занятия начнем через месяц, когда она начнет учебу в университете. — Моя работа займет не менее года, — предупредила мадам Лаура. — Возможно, больше. Все зависит от ученицы. Судя по тому, что я прочитала, она способная. Но… — Она справится, — перебил Фридрих. — Она справлялась с вещами похуже. Мадам Лаура поднялась. — Тогда думаю на этом все, господин Бергер. Я также хотела бы осмотреть поместье и познакомиться с ближним кругом Ванессы. Мне нужно понимать, с кем я буду работать. — Бруно все организует. Когда она вышла, Фридрих снова достал папку с досье. Гроза за окном начала стихать. Он смотрел в молодые надменные лица, и думал о том, что делает. Он собирается дать дочери оружие, которое может быть столь же опасным, как и пистолет в ее руке, но иного выхода не было. В легальном мире, куда они входили, сражаться нужно было словами, взглядами, интригами. И если Ванесса хотела править империей, которую он для нее строил, она должна была стать сильнее всех, кто попытается встать у нее на пути. Фридрих сжал кулаки. Он знал, что создает монстра, более совершенного и опасного, чем он сам, но других вариантов он просто не находил. Глава 15. Искусство быть безобидной Ванесса сидела в кресле напротив мадам Нойманн, скрестив руки на груди. О том, что отец нанял нового «специалиста» и поселил в поместье, она узнала во вторую неделю августа. Ей сказала Лили, которая просила передать для мадам Нойман коробку с благовониями. Ванессу выводил из себя тот факт, что отец решил не предупреждать о таких «незначительных» мелочах, как новый человек в доме. Комната, оборудованная специально для новой наставницы, вызывала у нее глухое раздражение: приглушенный свет, свечи на полках, флаконы с маслами, аккуратно расставленные на полочках, массажный стол у стены. И теперь благовония. Все это напоминало кабинет психотерапевта — тип врачей, который она успела возненавидеть за те месяцы, что провела в их обществе после похищения. Мадам Нойманн сидела напротив, сложив руки на коленях, и изучала ее спокойным и цепким взглядом. Она просто, ждала наблюдая, за реакцией не пытаясь заполнить тишину. — Ваш отец хотел, чтобы вы начали занятия, когда начнется учеба, — произнесла она наконец, голосом ровным без какого-либо подобострастия или нажима. — Я пришла убедиться, что мне это не нужно, — ответила Ванесса. Она терпеть не могла, когда в ее голове пытались рыться. Все эти «нестандартные» методики, приемчики, тесты, попытки залезть в душу, она уже прошла через это с тремя специалистами, пока доктор Хартманн не доказала, что с ней можно говорить как с равной. Теперь отец снова притащил в дом очередного «профессионала», который будет пытаться ее «чинить», это было унизительно и походило на вытягивание денег из человека, который готов платить любые суммы, лишь бы его дочь снова стала «нормальной». |