Онлайн книга «Тайна забытой усадьбы»
|
— А женщина? — Так и осталась в лечебнице. На всю жизнь. В Лысухино. — А дети? — спросила Настя. Марья Анатольевна помолчала, вспоминая. — Был мальчонка. Лет пяти тогда. Какие-то добрые люди забрали. Кто — не знаю. Говорили, родня. Не помню уж, лет тридцать прошло, а то и боле. Она вздохнула. — Не всё просто с землями было. Обманул, говорят, Светлицкого князь. Взял за долги, а долгов-то и не было. Пьяница подписал, не глядя. * * * Утро было тихим, тёплым, словно и не было вчерашней грозы. Только лужи напоминали о ливне, в них отражалось небо и купались голуби. Настя попрощалась с Апраксиной у крыльца. — Значит, в Москву? — Со дня на день. — Софья улыбнулась. — Дела. — Пишите, — неожиданно для себя сказала Настя. — И вы пишите. — Софья шагнула вперёд, обняла её. — Спасибо, что заехали. Я… рада, что мы познакомились по-настоящему. Настя обняла её в ответ. — И я. Мариша выбежала проводить — с узелком в руках, с платком на голове. — Барышня! Вот… пирожков в дорогу. Кухарка особенные печёт. Настя засмеялась. — Спасибо, Мариша. Василий стоял в стороне, поклонился. — С Богом, барышня. Экипаж тронулся. Дорога до Лысухино была недолгой, вёрст двенадцать, сначала всё лесом, потом берегом Волги. Лечебница стояла на выезде, длинное одноэтажное здание из красного кирпича, с решётками на окнах. За оградой — сад, но безрадостный, словно все краски поблекли от людской беды. Настя велела кучеру остановиться. — Подожди меня здесь. Она подошла к воротам. Сторож в тулупе, несмотря на лето, строго поинтересовался: — К кому? — Я хотела бы узнать о здоровье Анны Алексеевны Светлицкой. Сторож смотрел на неё, раздумывая. Пожевал губами. — Мы… знакомые. Родители были знакомы. Я проездом. — Не велено. — Мне бы доктора. — Идите. Доктор в корпусе, спросите Фельдмана. Доктор Фельдман оказался немолодым уже человеком, лысоватым, с усталыми и безразличными глазами ко всему привыкшего человека. — Мичурина. Анастасия Васильевна. Я… — она замялась, — родители мои были знакомы с Анной Алексеевной. Я оказалась в этих местах, вот и решила узнать о её здоровье. — Настя задрала подбородок. — Я владелица пивного завода в Лысухино. Подумала, может, заведение нуждается в помощи. Благотворительной. Доктор откинулся на спинку стула. — Анна Алексеевна Светлицкая умерла. Полгода назад. Настя замерла. — Умерла? — Да. — Доктор кивнул. — Тихо, во сне. Да уж немолода была. Она тут у нас… давно. Очень давно. — Кто-то её навещал? — Сын. Только недавно ездит начал, последний год. Наверное, кто-то сказал ему, где мать. Он и зачастил, раз в месяц как по расписанию. Последний раз — за неделю до её смерти. — Как его звали? — Не помню. В бумагах было. — Доктор покачал головой. — Но после смерти бумаги сожгли. Таков порядок. Если родственники не забирают — сжигаем. Хранить негде. Настя сама не знала, зачем приехала. Её тронула история, захотелось помочь, но тут уже ничем не поможешь. — Благодарю вас, доктор. — А про благотворительность вы это хорошо решили. Нам бы не помешало, — сказал Фельдман. Настя кивнула: — Подумаю. * * * Пивоварня стояла за Лысухино, у самой Волги. Приказчик Блинова уже ждал её с бумагами, с отчётами. Всё было в порядке. Дело шло, пиво варилось. А в голове крутилась какая-то мысль, да все пряталась. |