Онлайн книга «Корпорация «Здоровье» – 2»
|
— Слава, мы можем убрать из людей эгоизм, в той его части, которая заставляет причинять зло другому, – Павел смотрел ему в глаза. – Можем внедриться в саму человеческую природу и вытащить из неё всего пару ненужных фрагментов. Но все решения человека будут по-прежнему его решениями. — Только их список будет ограничен, – уточнил Тимуров. – Это работало на конченых головорезах, но на обычных людях? Зачем? — Обычные люди – это потенциальная угроза, – уверенно ответил Подлесный. – В правильных условиях они ею становятся. Ты сам видел, как легко можно это использовать. При тебе из обычных крестьян собирали банды. Сегодня ты просто рабочий, а завтра твоё правительство объявляет войну и призыв, и ты уже солдат с оружием. И твоя природа велит тебе выполнять приказ того, кто главнее, а не следовать своей совести. Всё может измениться за часы. А корпорация не сможет вечно контролировать конфликты. Пока они заложены в человеческой природе, они будут всегда. Один закончится, и начнётся следующий. А нас, возможно, уже не будет. — То, что ты предлагаешь, Паша, – зло заметил Тимуров, – называется химическая кастрация. Павел внезапно усмехнулся: — Ну и вспомни тогда. Те, к кому её применяли, разве в ней не нуждались? Слава замолчал, и установилась тишина. Во время громкой беседы люди, находившиеся в лаборатории, вышли. Осталась только охрана у дверей на другом конце помещения. Было тихо, мягкий гул работающего оборудования приятно успокаивал нервы. Тимуров выкатил себе кресло из-за стола, сел в него и думал. О том, в чём прав Подлесный. Пока корпорация плотно шла за конфликтами и тихо их закрывала. Но что, если в какой-то момент внешние угрозы действительно погубят их самих? Слава уже сомневался в собственных мыслях, но отказаться от них тоже не мог. Если корпорация прекратит работу – мир очень быстро вернётся в хаос. И возврат будет болезненный. Люди, получившие новые поведенческие установки – носители симбионтов «умиротворителей», окажутся под первым ударом. Они не смогут адекватно отвечать на угрозы. Это миллионы потенциальных жертв. — Что конкретно будет с людьми? – спросил Тимуров. — Если вирус внедрится без сопротивления, то хорошее настроение и полный пацифизм до конца жизни им гарантированы, – ответил Павел. Слава хмыкнул: — А если нет, то переходят в разряд нетрудоспособных? Подлесный кивнул. — Тридцать процентов? – Тимуров взглянул на него. – Тридцать процентов станут даунами? — Плюс-минус, – уклонился от конкретики Павел. Слава сидел ещё какое-то время, глядя в пол и пытаясь осознать последствия этого разговора. — Что теперь, Паша? – наконец вздохнул он. – Понимаю, я сам тебя вынудил мне это рассказать, но что теперь? Посадишь меня рядом с Ласточкиным? Для Подлесного, да и всей корпорации это лучший вариант: стереть оперативнику память о последнем часе и спокойно работать дальше. Но Павел отрицательно покачал головой: — Тимуров, думай. Решение о «Парацельсе» ещё не принято. Это вопрос не одного дня. Мы ещё не готовы запустить вирус. Так что у тебя есть время подумать идёшь ли ты дальше со мной. — А если нет? – спросил Слава. Подлесный помолчал и кивком головы показал ему в сторону лифта: — Иди, думай. Я пока не могу ответить на твой вопрос. Юля подошла к Павлу и положила ладонь на его грудь, где рубашка покраснела от крови, пропитавшей медицинскую крио-накладку. Разговор был напряжённый, а Павел и на ногах постоял и понервничал. |