Онлайн книга «Никогда не знаешь…»
|
— Ты это о чем? – Она старательно делала вид, что ничего не понимает. — Не надо мне тут невинной овечкой прикидываться, – рыкнул я. – Ты сейчас расскажешь мне, для чего вы с Анастасией провернули этот финт на парковке у бара «Синие дрова». Расскажешь все «от» и «до». Я тебя слушаю. И советую меня не злить. — Хорошо, хорошо, только не трогай меня, пожалуйста! – запричитала Рита. – Мы дружим с Настей, и она часто мне говорила о тебе. Что все еще любит и надеется вернуть. Когда она узнала о вашей помолвке, то очень расстроилась. В «Синих дровах» мы отдыхали в тот вечер большой компанией, потом увидели вас, и Настя попросила меня сфотографировать ее вместе с тобой так, чтобы можно было подумать, будто вы пара. Но все как-то не получалось. А потом ты пошел на парковку, и она за тобой. А меня попросила незаметно вас сфотографировать. — Для чего, не объяснила? – задал я вопрос. — Она хотела отправить это Лике. Рассчитывала на то, что вы расстанетесь, и у нее появится шанс. — М-да, а Настя упертая дама, – пробормотал я. – Но метод откровенно топорный. А номер Лики у нее откуда? — Так я дала, – ответила Рита. – А мне староста. — Понятно, – ответил я и съехал с трассы на грунтовую дорогу, ведущую в лес, и остановил машину. Рита вся съежилась. — А теперь, мадам Злобина, доставай телефон и набирай свою подругу Анастасию. Ставь телефон на громкую связь, поговорю с вами по душам, так сказать, – заявил я. У меня имелись козыри, способные унять обеих подруг. Всего лишь пара звонков всезнающим людям, и у меня теперь была та самая информация, способная прикрыть рот и унять зарвавшихся дамочек. Внутренне я уже ликовал и злорадствовал. Глава 19 Разоблачение Лика Больно. Как же больно… Мое пробуждение в больничной палате оказалось поистине адовым. Потому что я не помню в своей жизни таких дней, чтобы мое пробуждение было настолько болезненным. Даже в первые дни после смерти папы. Тогда все же по большей части я испытывала боль душевную. А сейчас в полной мере ощутила, каково это, когда болит все тело. Мне казалось, что я вся, на сто процентов, состою из одного большого ушиба. Безумно хотелось пить. Казалось, что во рту образовалась пустыня Сахара, отчего нещадно першило горло. Мой взгляд переместился на мое бедное, настрадавшееся тело. Гипс на левой руке, на левой лодыжке лангетка. Ссадины, огромные синяки. Откинув одеяло, я задрала повыше казенную ночнушку. О, а у меня на левой ноге выше колена еще и семь швов имеются. Я при падении напоролась на стекло? Попыталась вспомнить этот эпизод и поняла, что не могу. Помню только, что, очнувшись в машине «Скорой помощи», увидела свою окровавленную штанину. Окинув глазами помещение, я поняла, что меня перевели в другую палату. Эта выглядела более цивильно и смахивала на номер в гостинице. «Видимо, Стас все-таки договорился», – подумала я про себя, и воспоминание о нем тут же отозвалось иголочкой боли. В глаза набежали слезы, но я сделала медленный вдох и выдох, усилием воли задавив в зачатке желание поплакать. В изголовье кровати находилась красная кнопка, над которой значилась надпись: «Вызвать медсестру». Ее я и нажала в надежде, что сейчас ко мне кто-нибудь придет и я получу желанный стакан воды. — Ага, проснулась, значит. Это очень хорошо! – заявила вошедшая медсестра и подошла ко мне. – Как ты себя чувствуешь? |