Онлайн книга «Дом номер тридцать»
|
Лера помотала головой. — Я изучал, что писали святые отцы, – проговорил священник. – Так вот, бесноватым может стать не любой. Далеко не каждый грешник. Девушка внимала каждому слову. Она так пристально смотрела на мужчину, что видела каждую морщинку, каждый седой волос в бороде. Отец Фёдор медлил с пояснением. — Что вы имеете в виду? – поторопила его Лера. — Как бы это объяснить? Допустим, человек согрешил, совершил дурной поступок. Он знает, что сделал плохо, отдаёт себе в этом отчёт. И в какой-то момент человека начинает мучить совесть. И если он не исповедуется, не потрудится очистить свою душу, изменить образ жизни, тогда смятение и боль усиливаются, отдаляя его от Бога. Тут-то и появляется бес. — А если человек совершил дурной поступок и его совсем не мучает совесть? – перебила Лера. – Отъявленных негодяев полно. Отец Фёдор развёл руками. — К таким бесовщина не липнет. Лера удивлённо подняла брови. — Как там сейчас молодёжь говорит? Это и так их клиент, – пояснил священник. — А дети? — Что дети? — Ребёнок может стать жертвой? – спросила Лера. Лицо отца Фёдора исказилось. Он удивлённо помолчал, еле уловимо помотал головой. — Не приведи бог, – вымолвил священник после паузы. — Вы не знаете? — Лера, я служу в приходе. Может, в голливудских фильмах про экзорцизм показывают по-другому… Но… — Отец Фёдор, вы слышали городскую легенду о дочери Субботина? Ну, лицо которой якобы на фасаде нашего дома. — В общих чертах, – ответил священник. И тогда Лера рассказала о своих снах, но умолчала о Нине, что не была девочкой вовсе. Почему сделала так, не могла понять и сама. Видно, страх не встретить понимание пробрался слишком глубоко. Отец Фёдор долго молчал. В лице его ясно читалось смятение. Он хмурился. Сеть морщинок под глазами проступила явственнее. Девушка подумала: «Он стар. Ровесник ли он бабушке? А может, старше? Выглядит крепким. Должно быть, дело в бороде». Не дождавшись ответа, Лера спросила: — Получается, бес не исчез, но угомонился почти на полвека. Пока была жива бабушка. Как? Другая, особая отчитка? — Нет. Полагаю, это Лида. У неё был дар, – сказал отец Фёдор. – Вообще-то, церковь осуждает разного рода шаманов и знахарей. Но тут другое. Удивительной женщиной была твоя бабушка, сильной духом. Её будто сам Господь благословил. — Я не понимаю, – пробормотала Лера. — И я. Но так и было. — Как она это сделала?! — Не знаю, – развёл руками отец Фёдор. – Лера, послушай, судя по твоему рассказу о снах… – он замолчал. Девушка недоумённо смотрела на священника. — Я, вообще-то, не верю, чтобы божий дар передавался по наследству. Но как знать. Сколько всего нам ещё неведомо, – проговорил отец Фёдор. Лера поняла, к чему он клонит, и нервно выпалила: — Нет у меня никаких способностей. Лечить я точно не умею. Вообще ничего не умею, если начистоту. — Об этом не нам судить, – спокойно заметил отец Фёдор. – Ты попробуй обратиться к вере, найти в себе силы. Кто знает. Нам Божий замысел неведом. «Вот и как мне это поможет?», – думала Лера. — И не кори себя понапрасну, – добавил священник. Лера нахмурилась. — Что бабушку не навещала, – пояснил отец Фёдор. – Вспомнил я наш с ней последний разговор. Девушка вся обратилась в слух. — Было это года два назад. Ан нет, на прошлую Пасху. Да не суть. Тогда Лидия простудилась, захворала. Я ей сказал: «Ты бы внучку попросила приехать». А она мне: «Нет, мол, уже поправляюсь». Я говорю: «Возраст. А если занеможешь? Так ведь нельзя. Позвони, пусть приедет». Тут Лидия меня удивила. Сказала: «Знаю, что легко уйду, лежать не буду. Это мне последняя благодать за мирские мучения. А внучка моя пусть живёт своей жизнью, пока время на то есть. Коли ей что от меня досталось, так ничего уже не изменить». Я тогда не понял ничего и значения её словам не придал. Подумал, в другой раз поговорим. В том месяце болезных много было, по требам умаялся ходить. И в этот год ещё бумаги собирали, чтобы храм на реставрацию подать. Так что ты себя не вини, за бабушку свечку поставь, молись и добрым словом вспоминай. |