Книга Невеста полоза. Пленница златых очей, страница 151 – Екатерина Алешина

— Не отвлекай ее, – шикнула на сестру Ярослава.

— Ничего страшного, – заверила Радосвета будущую золовку и снова воззрилась на ключ. – Мне к земле-матери выйти надобно, – бросила она, на ходу разуваясь.

Яра и Заряна последовали за ней.

Радосвета снова отрешилась от суеты и всего мира, что ее окружал. Призвала на помощь силу матери сырой земли, да молитвы древние полились напевами с ее губ.

«Твою силу призываю, ведьме губы замыкаю!» – доносилось до Ярославы с Заряной.

Радосвета вернулась в стряпную, уколола палец да несколько капель крови своей на ключ пролила. А потом в печь его бросила и смотрела задумчиво на пламя.

— А что дальше с ним делать теперь? – услышала ведунья голос Заряны.

— В печи прокалить, остудить да в реку выбросить, – пояснила Радосвета.

— В реку завтра выбросим. Поедем к Ведагору и ключ этот выкинем, куда прикажешь, – прозвучал за ее спиной знакомый голос. Тот самый – низкий, обволакивающий, что мед, да с волнительной хрипотцой.

— Драгомир! – воскликнула ведунья. – Не заметила, как ты пришел. В ворожбу погрузилась.

— Да, это зрелище увлекательное. Я любовался тобой, пока ты занята была, – молвил князь да к ней приблизился, его сильные, теплые руки легли на ее стан, и ведунье захотелось прильнуть к его могучему телу.

— Мы пойдем, – молвила Яра, подмигнула Радосвете да Заряну за руку взяла.

Князь с Радосветой остались наедине.

— Драгомир, у меня тут странность с Ромашкой приключилась… – вспомнила ведунья.

— Мне уже доложили, – нахмурился князь. – Неспроста это, Рада. Тревожно мне за тебя. Я стражи прибавлю для твоего сопровождения…

— М-м-м, – скривилась Радосвета.

— Так нужно, Рада, – молвил князь и щеки ее коснулся. – Для твоей же безопасности. А там, надеюсь, нам удастся разобраться и разуметь, что это нынче творится.

— Час от часу не легче, – с грустью вздохнула Радосвета.

— Это жизнь, моя сладкая. Без хлопот ее не бывает. Но ты не бойся, мы все преодолеем, верь мне. Рядом с тобой я и вовсе чувствую себя всесильным. И я смогу тебя защитить.

Она встретилась с ним глазами, замерла. Он снова околдовывал ее, манил и завораживал. Мир, что окружает их, на миг померк и исчез. На миг, что ведунья утонула во взгляде Драгомира, она забыла все страхи и заботы. Ее рука была на его груди, и чувствовала ведунья, как горячо и сильно бьется сердце князя. Он накрыл ее ладонь своей да к сердцу прижал.

— Идем домой. Утомился я за сегодня. И слуги нам уже баню готовят. Я желаю разделить этот вечер с тобой. Только ты и я. Потолкуем хоть за весь день.

— Да, – вымолвила Радосвета, не скрывая счастливой улыбки.

* * *

Личная баня великого князя выглядела так же, как и та, что была предназначена для омовений великой княгини. Состояла она из парной, помещения с двумя купелями да мовных сеней^[31] для отдыха. В сенях стояли широкие лавки, накрытые мягкой бархатной тканью, деревянные полы покрывали узорчатые половики, а к одной из лавок был приставлен стол, укрытый скатертью с самоваром да закусками: три вида пирогов, сыры да тонкие ломтики мяса. Приятный глазу полумрак освещался свечами.

— Можешь ни о чем не беспокоиться и смело забыться, Радосвета. Я отдал приказ, и нас никто не потревожит, – молвил князь да взглядом ее окинул таким жарким, что Радосвета вмиг почуяла, как искры возбуждения вспыхнули под кожей, что огоньки искрянки.