Книга Сладкая тьма, страница 74 – Эмма Хамм

Вываливаясь наружу и переступая через обломки, Рагнар беспомощно посмотрел на Гуннара. Он знал, что на улице его ждет еще больше разрушений.

— Давай помогу, – сказал тот, выбегая вперед.

Так происходило не в первый раз. Магия Гуннара была магией контроля. От него было больше пользы на поле боя, где слабеющими рассудками было легче управлять. Но после сражений он не раз видел Рагнара в таком состоянии, и он был тем, кто искал нуждающихся в помощи больше всего.

Магия Рагнара цеплялась за любую боль. Неважно, маленький порез или вываливающиеся из раны кишки. Он не мог выбирать, с кого начать, только знал, кто ослабит волну магии, давящей на его горло и язык.

— Сюда, – сказал Гуннар, хватая его за руку и рывком уводя от небольшой группы троллей, окровавленными руками выкапывающих других из-под обломков.

Рагнар слепо шел за братом. Его зрение заволокло белой пеленой магии. Она ныла. Болела. Его ногти пытались вырваться из пальцев. Но такой была его магия. Всегда было больно.

Шепот в голове повторял одно и то же слово. Он едва слышал его за гулом силы в ушах.

Кажется, словом было «Майя».

Его жена. Нужно было идти к ней, убедиться, что она в порядке. Но крики раненых и умирающих были прямо здесь, перед ним, а его дом был в безопасности. Она была далеко отсюда. Куда дальше зоны землетрясения.

Если она была там, то с ней все было хорошо. А у нее не было причин выходить из дома.

Он сделал шаг прочь от улицы, ведущей к ней. И еще один. Пусть его душа и кричала посмотреть. Больше всего ему хотелось проверить, как она, убедиться, что он прав, что она в порядке.

Но он был нужен стольким людям. А она была в безопасности. Он бы почувствовал, если бы ее ранило. Так что он продолжил идти.

Вскоре они остановились, и Гуннар толкнул его на колени. Когтистые пальцы вцепились в его руку, притягивая ее к открытой ране, горячей, влажной и пульсирующей болью.

Магия хлынула наружу, прорываясь сквозь кожу и впитываясь в тело раненого тролля. Пусть он толком и не видел, он понял, что ее пришибло камнем. В его руках была ее нога. Он чувствовал кость, раздробленную на столько частей, что без магии ей было не зажить. Кровь на его руках шла из-под кожи, не выдержавшей веса камня.

Но его сила знала, что делать. Она связывала плоть и кость, склеивая форму заново, словно из глины. Совсем здоровой ногой это уже не будет, но он знал, что она сможет ходить. И даже не будет хромать.

— Сойдет, – рыкнул Гуннар, снова хватая его за плечи. – Еще.

Слово эхом отдавалось в голове. Еще, еще, еще.

Ребенок, которого прижало камнем, с ободранным о стенку лицом. Мужчина, оттолкнувший свою семью с дороги, и оказавшийся под ударом. Ему размозжило торс, а внутренности выкинуло в грудную клетку. Пожилая женщина, которую раздавило прямо в постели. Ее он спасти не смог. Так много троллей, так мало времени.

Они шли через город, используя всю его магию до капли, пока его руки не начали трястись. Раненых троллей было много, а вот тех, кому был дарован дар восстановления плоти, мало. Спустя несколько часов он едва стоял. Колени ослабли, зрение прояснилось. Даже магия его лишь всхлипывала при виде еще одного раненого ребенка.

— Принеси мою сумку, – едва слышно прохрипел он брату. – Настойки и травы, они помогут. Воспользуюсь.