Книга Сообщница Злодея, страница 98 – Ханна Николь Мерер

Но самому держаться от неё подальше… Тристан обнаружил, что это значительно сложнее.

Это была его последняя язвительная мысль перед тем, как он ринулся за ней.

Эви чувствовала, что Тристан преследует её, но не могла остановиться. Она не отпускала ладонь ото рта, пробираясь мимо косящихся на неё людей к дальней части зала, пока её не схватили за руку.

— Пойдём, ученица, – бесстрастно сказал Тристан. – Мне нужно кое-что обсудить.

Он потянул её в альков в углу зала. Она не сопротивлялась, лишь вскрикнула и позволила увести себя. Когда они оказались вдали от любопытных глаз, он продолжил:

— Мне не следовало упоминать сына Варсена. Я не хотел напоминать тебе об этом. Я приношу извинения и… Ради всех богов, Сэйдж, ты что, смеёшься там?

Эви уронила руку и громко покатилась со смеху, который пыталась сдержать всё это время.

— Прости, – выдохнула она, вытирая скатившуюся по щеке слезу.

— Сэйдж… – Он сделал паузу, вскинул брови. – Ты смеёшься из-за того, что я упомянул пытки?

Она схватилась за щёки и поморщилась.

— Это плохо, да?

Он простонал и сдавил переносицу.

— Это определённо не хорошо.

— Я смеялась не над самой пыткой как таковой. Ты просто так быстро ответил, а потом я подумала: «Хватит смеяться над пытками, Эви! Это не смешно!» Но потом, когда я сказала себе, что это не смешно… ну, тогда это стало немного смешно и… Хватит так на меня смотреть! Я видела, ты улыбаешься как маньяк, когда вешаешь головы на стену.

— Это потому, что у меня страсть к домашнему декору.

Она издала ещё один сдавленный смешок и шлёпнула его по груди.

— Хватит меня смешить, это делает твой нелепый костюм ещё потешнее! Если ты хочешь оттолкнуть меня, тебе не позволено быть смешным!

Его тёмные глаза стали холодными.

— Я хочу оттолкнуть тебя?

Её охватила дрожь, когда его самоконтроль пошатнулся, но это не утешало. Её план расшатывать его защиту, пока он не сдастся и не признает правду, начинал казаться чуть менее злодейским и куда более… жалким.

Несмотря на этот скромный прогресс, пора было сделать перерыв, по крайней мере, на вечер.

Она собралась с духом и расправила плечи.

— Давай забудем об этом. Хорошо? Мне не следовало ничего говорить. – Она прижала палец к его губам, когда он начал говорить. – Нам отсюда не выбраться, пока Фаулер не получит то, что хочет, поэтому давай поиграем в его игру, а сами поищем палочку и, возможно, даже немного повеселимся.

Тристан пробормотал:

— Это званый ужин, Сэйдж. Какое тут веселье?

Она стряхнула укол обиды, поправила наряд и вытащила маленькую плоскую баночку с помадой, которую спрятала между грудей. Аккуратно открыв крышечку, она обмакнула палец и нанесла ещё немного красного на нижнюю губу, а потом сжала губы, чтобы равномерно распределить.

— Что ж, тогда найди себе какое-нибудь домашнее растение и пронзай его взглядом, а я пойду и повеселюсь сама. – Она захлопнула крышечку и вздрогнула, увидев выражение его лица.

Тристан застыл, как заворожённый, отстранившись от неё.

— Что случилось?

Он стоял так неподвижно, что казалось…

— Тебя снова подстрелили той усыпляющей штукой? Ты что-нибудь чувствуешь? – охнула она, широко раскрыв глаза, и схватила его за руку.

— К сожалению, да, – сдавленно проговорил он.

— Что?

— Ничего. Иди на ужин и ни во что не вляпайся. И Кингсли с собой забери. – Его рука нырнула в карман, куда он сунул Кингсли, и замерла, а на лице проступил ужас. – Его нет.