Книга Сообщница Злодея, страница 30 – Ханна Николь Мерер

Тристан сжал переносицу, изо всех сил сопротивляясь желанию вышвырнуть мастера в окно. Зачем?

«Какой смысл выкидывать людей откуда угодно, если потом не получу нагоняй от Сэйдж».

Таким образом у Тристана остался только один вариант: отвечать на все бесячие, тупорылые вопросы подряд. Ассистентки у него больше не было. Была ученица. Невыносимая, безумно раздражающая, отвратительно прекрасная ученица.

— Сэр? – спросил мастер.

Тристан кашлянул, принял бесстрастный вид и сложил руки на груди, закрываясь от мира.

— Леонард, это картина. На ней нет надписей.

Леонард посмотрел на него озадаченно.

Тристан вскинул бровь:

— Что-то хочешь сказать?

Леонард сглотнул, будто боялся договорить. Тристана это раздражало.

«Но ты в самом деле только что прикидывал, не выбросить ли его из окна».

Да не в этом дело.

— Что, Леонард?

Леонард шагнул вперёд и протянул Тристану кусок стекла из витража.

— Видите, сэр? Почти не разобрать, но вот тут на стекле есть слова. На солнце виднее.

Тристан удивлённо всмотрелся в кусок синего стекла, подняв его к солнцу, и разумеется, увидел тоненькую надпись. «Давным-давно создали волшебные творцы край под названием Реннедон. Все…»

Здесь стекло было обрезано, и Тристан дёрнулся, как от чиха Пушка, осознав, что это за текст.

— История Реннедона? На витраже?

— Босс! – В этот момент влетел Гушикен и резко остановился рядом с Тристаном. – Стоп. Что вы ска…

Он не успел договорить: Тристан вскрикнул, когда острая боль пронзила его руку, резкая, жгучая, как от клейма.

— Пустырь!

У Тристана подогнулись колени.

В глазах потемнело.

И он упал ничком.

Эви едва увернулась от клинка, который ударил в стену. Рядом с её головой.

Сердце бешено застучало, и она, издав невнятный вопль, уклонилась от следующего взмаха.

— Эй! – сердито закричала она, танцуя от стены к стене, а нападающий преследовал её, не подпуская к двери. – Ты чуть не задел меня!

Жуткая маска гнева на лице нападающего на миг сменилась почти комедийным удивлением.

— Так в том и смысл, сучка! – прорычал он.

Эви воспользовалась тем, что он на миг отвлёкся, и бросилась к двери. Её кинжал, обычно вторящий любому движению, мёртвым грузом лежал в руке, будто его магия уснула или вовсе иссякла.

«Гаснущая магия, – подумала она, – проявляется в самое неудачное время, как всегда».

Она совершенно не представляла, как управляться с кинжалом без помощи магии… ну разве что бить, пока не попадёшь.

Что она и проделала, когда враг схватил её со спины. Она воткнула кинжал ему в ладонь, вытащила и облегчённо всхлипнула, когда он завыл и выпустил её.

Эви понимала, что у неё почти нет времени на ещё один успешный удар.

Точнее, его можно было бы назвать успешным, если бы Эви двигалась с быстротой и ловкостью Бесславной Гвардии. Но Эви двигалась как всегда…

Беспорядочно и испуганно, и ещё она почему-то ужасно запыхалась.

Не успела она и два шага пробежать, как нападающий снова бросился на неё и ударил кулаком в живот так, что она впечаталась в стену. Голова ударилась о камень, в глазах заплясали мушки, и Эви обмякла.

— Что… чего тебе надо? – прошептала она срывающимся голосом, оседая на пол. – Что ты здесь делаешь? Кто ты вообще такой?

— Он был прав. – Нападающий зажал Эви рот ладонью, и её чуть не стошнило, когда лица коснулось горячее дыхание. – Вообще не затыкаешься, да? – Эви вытаращилась на него и невнятно забормотала ему в ладонь. В глазах темнело. – Он будет в ярости, что тебя убил я, а не он. Но слишком уж велико искушение.