Книга Сообщница Злодея, страница 25 – Ханна Николь Мерер

— Не урони меня, сэр рыцарь, – прошептала Кили ему на ухо, и у него мурашки пошли.

Гидеон крепче ухватил её за бёдра, только чтобы лучше держать, чтобы она полностью расслабилась. Весь его напускной гнев на эту женщину испарился, может быть, навсегда. Она спасла его сестру. Её первой реакцией стало броситься и закрыть Лиссу собой. Гидеон поневоле задумался, делал ли кто-нибудь такое ради Кили. Ему практически захотелось вызваться.

— Приложу все усилия, капитан, – неуверенно ответил Гидеон, ласково кивнул Эви и пошёл за Татьянной.

Со стены зашла Нура Сэйдж с остекленевшим, полным ужаса взглядом.

— Боже, боже мой, мне так жаль. Как она?

Лёгкое серебристо-белое свечение вокруг неё ещё не угасло до конца, но ослабло и потихоньку пропадало.

Не успел Гидеон и шагу ступить, неся Кили, словно фарфоровую статуэтку, как увидел Тристана, подходящего к Нуре с решительным видом.

— Не беспокойтесь, госпожа Сэйдж. Это полностью моя вина. Моя магия иссякает и капризничает; нельзя было подпускать её так близко к вам. – И он продолжил, не меняясь в лице: – Ваша реакция была вполне естественна. Всем лучше держаться от меня подальше, пока пророчество не сбудется и магический порядок в Реннедоне не восстановится. Особенно тебе, Сэйдж. Если я приказываю уходить, то ожидаю, что ты подчинишься, когда на кону стоит и твоя безопасность, и безопасность окружающих.

Гидеон вздохнул.

Эви казалась глубоко оскорблённой; Тристан Маверин выглядел примерно так, будто у него выдирали зуб. Эви прижала к себе Лиссу и ласково подняла на ноги.

— Пожалуй, пойду. Не хотелось бы разочаровывать тебя. Довольно привычное для меня дело.

Гидеон не понял точно, но было у него ощущение, будто между Эви и Тристаном Маверином мелькнуло нечто невысказанное. Нечто такое, отчего Эви вонзила в Злодея взгляд, который едва не сотряс всю комнату похлеще звёздного света.

Гидеон ни с кем не делился своими подозрениями по поводу того, к чему ведёт пророчество или как распределятся роли. Теория была глупая, бессмысленная. Но когда Гидеон Сэйдж повернулся, чтобы ещё разок посмотреть на сестёр, взгляд Эви напугал его сразу во многих смыслах.

И самым сильным страхом было следующее…

А что, если он прав?

— Иногда я просто мечтаю врезать ему в зубы. Изо всех сил! – воскликнула Эви.

Она подождала реакции Ребекки Эрринг. Их недавно установившаяся дружба была ещё свежей и потенциально хрупкой, но в то же самое время Эви чувствовала, что может сказать Ребекке что угодно, и начальница отдела человеческих и магических кадров не только поймёт, но даже ответит словами, которые уймут огонь у Эви внутри.

Но Бекки не отрывала взгляд от работы. Длинные пальцы пролистали записи по одной страничке. На носу у неё сидели очки. Светло-карие глаза за стёклами блеснули, когда она искоса взглянула на полную серьёзности Эви.

— Если речь о боссе или другом сотруднике офиса, сперва подай заявление.

Эви фыркнула, складывая руки на груди, а потом сунула в рот свежую черничную булочку. Она была потрясающая, сладкое тесто так и таяло на языке. И какая разница, что она неоново-розовая там, где ожидаешь увидеть голубой: самые странные творения с кухни Эдвина оказывались самыми вкусными. К тому же он пришёл в свой выходной, просто чтобы напечь всем булочек после того, как они чуть не лишились Лиссы из-за звёздной магии её мамы.