Книга Школа благородных девиц Терезии Ольденбургской 3, страница 29 – Елизавета Соболянская, Юлия Ляпина

Дом по-боярски стоял на каменном подклете и даже имел мансарду, так что Александре досталась просторная комната с полукруглым окном, обложенным изразцами дымоходом, узкой деревянной кроватью с красивым резным изголовьем, столиком, сундуками и простеньким зеркалом на стене.

Домотканые «дорожки» устилали пол, дощатые боковые стены прикрывали ковры местной работы и вышитые тамбуром полотна. В целом эта мансарда напоминала девичью шкатулочку — пестро, лоскутно, но весьма радостно.

Саша от души поблагодарила добрую хозяйку и спросила, как тут можно умыться с дороги.

— Мужики-то в купальню к реке пойдут, — сразу сказала Ольга Алексеевна, — а вам, Александра Николаевна, можно в баню сходить. Там слегка подтоплено, чтоб не зябнуть. Кувшином-то с дороги не отделаться.

Девушка согласилась, и ее тотчас стали собирать в баню.

Матрена не успела даже вынуть из дорожного сундука чистое белье, как хозяйка дома уже своими руками принесла невесомую сорочку из тонкого льна, новенький стеганый шлафрок со шнуровкой по бокам для подгонки по фигуре и целую корзинку со всем необходимым для мытья — даже мыло нашлось с любимым Сашей ароматом!

— О, «Камэ», Ольга Алексеевна, откуда у вас такая прелесть? Я и в Петербурге не везде его купить могу!

Супруга генерала посмотрела на девушку с изумлением, потом вдруг хихикнула, как девчонка:

— Я-то думала, вы, Александра Николаевна, барышня утонченная да капризная, а это мой сын решил себя превзойти!

И поведала будущая свекровь будущей невестке, что сын с самой Пасхи им покоя не давал — писал каждую неделю дважды, чтобы убедиться, что маменька все приготовила к приезду Александры должным образом.

— И мерки прислал, чтобы девки дворовые успели все нужное пошить, и мыло это из столицы сам выписал, — рассказывала Ольга Алексеевна, — а что еще приготовить велел — не скажу, пусть сам хвастается!

Саша не знала, куда деваться от смущения.

Она, конечно, уже привыкла, что прапорщик за ней ухаживает, но такая забота поражала и трогала.

В баню с ней хотели отправить сенную девку, но тут Александра уперлась. Взяла Матрену, которая прислуживала ей в школе. Не было у нее вбитого в аристократов равнодушия к присутствию слуг. Вот ливрейных лакеев она научилась не замечать или гвардейцев из охраны герцогини, например, но чужую женщину в бане или спальне видеть не хотела.

После купания в приятно теплой воде Александра вернулась в комнату и обнаружила на кровати очаровательное летнее платье, сшитое по ее мерке, из тонкого фабричного льна, но дополненного шелковыми батистовыми рукавами, оборочками и лентами. Тут же лежала соломенная шляпка от солнца с такими же лентами, мягкие кожаные туфельки, похожие на балетки, но с более плотной подошвой, и даже перчатки!

Саша, как могла, подсушила волосы полотном, стянула в тугую косу, а уже косу уложила в привычный пучок и, надев с помощью Матрены все предложенное, пошла вниз, удивляясь тому, что хозяйка дома позаботилась даже о свежей рубашке и сарафане для служанки.

Обед накрыли на просторной тенистой веранде.

Мужчины позволили себе выйти к столу в домашних полотняных куртках и таких же полотняных штанах, однако в шейных платках и летних шляпах. Правда, свои головные уборы они тут же сложили на тумбу и радостно устремились к столу.