Книга Школа благородных девиц Терезии Ольденбургской 3, страница 127 – Елизавета Соболянская, Юлия Ляпина

В течение года в лавках Гостиного двора и Сенного рынка появилось мыло с ладаном «Иерусалимское» — для духовных лиц, мыло со смородиновым листом «Банное» — его охотно брали купцы и приказчики, желающие пахнуть «будто одеколоном надухарился». С экстрактом сирени — «Дамское», с ароматом фиалки «Девичье», и еще несколько вариантов типа «Дегтярного» — для лечения кожных проблем, и «Анисового» — от насекомых.

Еще Александра посоветовала найти пару толковых парнишек для рисования этикеток, карточек, картинок и росписи подарочных коробок.

От простого куска мыла в дар чиновники отмахнутся, а если поднести в красивой коробке под крышкой, да с нарисованной кокетливой барышней в сарафане и кокошнике?

Император четко держал курс на все русское, национальное, так что Александра сама растолковала ученику академии художеств, что должно быть на коробках и рекламных карточках.

Прикинув объем необходимой продукции, купец и разорившуюся типографию под крыло взял — дело застопорилось из-за болезни владельца, но люди и станки остались.

Вот тут Овчинников и подошел к хозяину с предложением — купец вложится в бумагу, краски, оплату работникам и ремонт ветхого сарая, в котором стояли станки, а взамен типография будет работать полностью на нужды купца и его товарищества.

Бледный немец попытался торговаться, но прикинув объемы продаж, сдался и заключил договор о владении на паях.

Саша в типографию тоже вложилась — для школы нужно было печатать пригласительные билеты, брошюры, картоны с правилами и прочее. Лучше уж иметь собственных специалистов, чем бегать по городу в поисках свободного станка!

Как только маленькая фабрика вышла на рынок, объем торговли поразил самого купца — недорогое мыло в красивой бумажке брали даже коробейники, мелкие торговцы и маркитанты.

Бруски «черного», завернутого в обычный серый лист, расходились с такой скоростью, что утром у ворот фабрики стояла очередь из желающих прикупить ящик-другой, а после появления анисового мыла его массово начали закупать корабельные команды и служители казарм.

Саша периодически подкидывала новые идеи — подарочные наборы к Рождеству с ароматом хвои, а к Пасхе — с розовым и миндальным маслом, и обязательно в каждую коробочку или мешочек — открытку.

Наборы из мыла, гребня и шпилек от «инвалидов» подороже — в шкатулочке, выложенной пластинками рога, кости или просто украшенной выжженными узорами. Подешевле — в мешочке или в картонной коробочке с русскими узорами.

Типография работала с полной загрузкой, печатая карточки, этикетки, открытки и даже новую разработку Саши — картонные коробки «собери сам» для детских подарков и рождественских елок.

Вскоре рядом с рыбными ловами очередного дальнего родственника купца Овчинникова открыли варку рыбного клея — все ведь нужно было заклеивать, запечатывать, а покупать где-нибудь в Архангельске — дороговато. Доставка долгая. А еще ведь нужны бумага, картон, веревки и сургуч, так что зять Овчинникова вскоре вернулся к своим «древесным» делам, чтобы пристроить на сборе живицы производство сургуча, потребного для упаковки коробок и ящиков.

Еще до Рождества, изучив бумаги с продаж, Александра посоветовала открыть ларек на вокзале — с полотенцами, мылом, бритвами и духами. Да еще присоветовала изготовить набор «дорожный» — в трех вариантах. Первый — совсем простой, такой, чтобы в холщовом мешочке лежало все для умывания в поезде: мыло, полотенце, гребень — не больше.