Книга Моти для братьев-драконов, страница 62 – Лина Грин

Когда инспектор ушёл, братья остались в кофейне. Лиам помог убрать осколки металла, а Каэль проверил состояние оконной рамы. Между ними не было прежнего напряжения. Они обсуждали, как восстановить защиту, и каждый дополнял другого, не пытаясь перетянуть решение на себя.

Тая смотрела на них и понимала, что это, пожалуй, важнее любого магического доказательства. Братья наконец перестали действовать порознь.

— Я должен тебе кое-что сказать, — произнёс Каэль, когда Лиам вышел на улицу поговорить с представителем управления.

Тая повернулась к нему.

— Я слушаю.

Он подошёл ближе, но не стал сразу касаться её.

— Я отдалился после того поцелуя, потому что испугался. Не тебя и не того, что между нами произошло. Я испугался, что втяну тебя в семейную историю, которую сам до конца не понимал, а потом не смогу защитить от последствий. Мне казалось, что если я буду держать дистанцию, то хотя бы не дам тебе повода рассчитывать на меня.

— Ты решил за меня, чего мне стоит ждать от тебя.

— Да. И это было несправедливо. Я должен был поговорить с тобой, а не исчезать за своими делами и делать вид, будто между нами ничего не изменилось.

Тая опустила глаза на его руки. Она помнила, как легко было поверить в его нежность, и как больно оказалось потом столкнуться с холодной осторожностью. Ей не хотелось снова переживать то же самое, но и притворяться, будто чувства исчезли, она не могла.

— Мне было больно, Каэль. Я не ждала от тебя обещаний на всю жизнь после одного поцелуя. Но я хотела, чтобы ты не делал вид, будто пожалел о нём.

— Я не пожалел. Ни на мгновение.

Он произнёс это без колебаний.

— Тогда почему ты отступил?

— Потому что привык считать ответственность чем-то, что должен нести один. Мой отец поступал так же, и я долго был уверен, что иначе нельзя. Но Лиам оказался прав: я не могу постоянно решать за него, за тебя и за всех, кого хочу защитить. Сегодня он помог мне удержать контур, который я один не смог бы безопасно разрушить. А ты доверила нам свою жизнь, хотя у тебя были причины сомневаться в каждом моём решении.

Каэль сделал ещё шаг.

— Прости меня, Тая. За то, что отстранился после поцелуя, за то, что скрывал от тебя важные вещи, и за то, что иногда путал заботу с правом решать за других. Я не прошу тебя забыть это. Я хочу поступать иначе.

Тая подняла голову. В его глазах не было попытки оправдаться или заставить её немедленно простить. Он просто стоял перед ней, впервые не прячась за обязанностями и семейными обещаниями.

— Я не хочу, чтобы ты обещал никогда не ошибаться, — сказала она. — Но если между нами что-то происходит, я хочу знать, что ты не исчезнешь при первой же трудности.

— Я не исчезну.

— И не будешь решать за меня, что мне можно знать?

— Не буду. Если что-то касается тебя, кофейни или нашей безопасности, я скажу прямо. Даже если мне будет трудно это обсуждать.

Тая долго смотрела на него, затем сама взяла его за руку. Каэль переплёл пальцы с её пальцами и осторожно притянул к себе.

Поцелуй получился совсем не таким, как первый. Тогда в нём было больше внезапности и растерянности, а теперь — осознанное желание быть рядом. Тая приподнялась на носки, обняла Каэля за плечи и почувствовала, как он бережно прижал её к себе, словно боялся причинить боль после всего, что произошло.