Книга Возвращение Барса, страница 12 – Марина Морская

В тот день, он приехал неожиданно рано. Бледный и уставший.

Наталья традиционно приказала принести в кабинет чай и сладости. Даша давно догадалась, что так она его подкармливает, давая возможность отдохнуть и набраться новых сил.

Неожиданно, в этот раз, он помог ей открыть дверь и, кажется, взглянул с интересом.

"Боже! Дай мне сил не уронить чашки, пусть мои молитвы будут услышаны."

— Дарья, как вам приём? — спросил он, и она не сразу поняла, что ОН спрашивает ЕЁ.

— Благодарю, — на автомате отвечает она стандартно, бросив на него быстрый взгляд. Он внимательно смотрит на её и задаёт вопросы о будущем.

"Ему интересно? Возможно, это мой единственный шанс, сказать, что я хочу работать у него. "

Она расправляет плечи, поднимает взгляд.

— Моя мечта работать рядом с вами, кем угодно. Я смогу быть вам полезной, Николай Павлович? — Вот как? Отчего же? — удивляется он.

"Божечки, как стыдно! Выглядит так, как будто я себя предлагаю. "

Она что-то говорит про то, что многому может у него научиться. А после, на слабеющих ногах вышла из кабинета Натальи, чуть дыша упала на диван в приёмной. Щеки горели.

"Боже, что он обо мне подумает! Какая же я дура, дура! "

Еле добралась до своей комнатки и проревела там весь остаток дня и ночь.

Прошло ещё несколько дней. Дарья отстранено выбирала вакансии, думая, что ей всё равно, где будет трудиться. Когда её позвала в кабинет Наталья Петровна, она не почувствовала подвоха. Села напротив неё за стол как обычно. Взяла в руки блокнот, приготовилась записывать распоряжения.

— Даша, что с тобой происходит? — строгий голос Натальи заставил поднять на неё глаза. — Я спрашиваю, что с тобой происходит?! Ты сидишь напротив меня замёрзшей статуей 15 минут! Ты вообще слышала, о чем я говорила? — Ннн-ннееет, извините, я задумалась, — бледнея произносит Дарья. — Даша, не серди меня. Быстро рассказывай, что происходит, — требует от неё Наталья.

Дарья сдается.

Ей так плохо, что она готова хоть кому-то рассказать о своей боли, о том, что умирает от того, что больше не сможет его хоть изредка видеть.

Слезы душат ее. Со слезами в три ручья, с соплями и подвыванием она рассказывает Наталье Петровне свою беду.

Та всегда была добра к своей подопечной, хоть и проявляла иногда излишнюю строгость.

Когда Даша умолкла, Наталья Петровна молча налила полстакана крепкого алкоголя и заставила Дарью его выпить.

Огонь обжег гортань и упал в желудок. Стало тепло и чуть светлее на душе. — Бедная моя девочка, — сквозь наваливающийся на неё сон услышала Даша и провалилась в темноту.

Проснулась всё там же — на мягком диване в кабинете Натальи Петровны. Она зашла как обычно по утрам энергичная и собранная, неизменено с красивой причёской и в модном костюме. Когда она всё успевает?! — Проснулась! Отлично. Марш умываться.

Когда Даша вышла умытая, с вновь переплетеной косой, Наталья строго взглянув на неё сказала:

" Садись! Есть разговор".

Разговор начался почему то издалека. — Даша, ты что то помнишь о своих родителях? — Нет. Первое, что я помню, как я сижу в корзине и смотрю на молодого человека в форме. Это был Николай… Павлович. — Так… так..., — стучит Наталья Петровна красивыми ноготками по столу. — Говорят, тебя принесли в той самой корзинке издалека. Такой вывод дознаватели сделали на основании исследования материалов корзинки. Она была сделана из необычных для нас материалов. Давали объявление о пропаже ребёнка, но ни кто не откликнулся. Так что твое происхождение остаётся под вопросом, — задумчиво рассуждает она.