Книга Темное наследие, страница 138 – Эйрин Фаррон

Выбрав день, который Фабиан должен был полностью провести на занятиях, маг покинул крепость. Он добрался до многоквартирного дома в городе, где семья жила большую часть года, однако сразу понял – что-то не так. Габриэль в квартире не было, Адриан не чувствовал ее магического следа. Только старая, почти выветрившаяся магия. Хмурясь, маг поднялся на нужный этаж и зашел в квартиру. Здесь было тихо и темно. Просторные комнаты наполнял спертый воздух, окна явно не открывались очень давно. Все в квартире было в том же виде, в котором они оставили ее в начале лета, уезжая за город.

В замешательстве Адриан покинул жилье. Он запер дверь и, пока ждал лифт, решил наведаться в загородный дом.

Прибыв туда, маг обнаружил, что дом тоже пуст. Адриан пересек неухоженную заросшую лужайку и замусоренный дворик, зашел в прихожую. Тишина. На полу и плоских поверхностях – толстый слой пыли. Оставшись одна, Габриэль могла вернуться к родителям, предположил Адриан. Он прошел через холл в столовую.

На обеденном столе в вазе стояли сухие цветы. Пожелтевшие лепестки усеивали столешницу под вазой. Ее стенки преломляли свет, бросая тусклые радужные блики на запыленную поверхность. Подойдя ближе, Адриан заметил прямоугольный лист сероватой от пыли бумаги. Стряхнув с него мертвые лепестки и пыль, маг поднес бумагу к глазам.

Слова, выведенные рукой Габриэль, складывались в сообщение для него. Адриана словно ударили, силы разом покинули тело. Он даже схватился за угол стола.

«Je t’aimais, tu m’as cassé»^[42] – простая фраза заставила кровь в венах превратиться в жидкий лед. Адриан мгновенно все понял. Дышать стало нечем, на глаза упала пелена. Не верилось, что она это сделала. Слишком нереально, слишком невозможно. Адриан никогда не думал, что она способна на подобное. Она же всегда была такой сильной!

Стук, стук – на лист бумаги упали капли, чернила под ними поплыли и превратились в водянистые кляксы. Адриан поднял голову и невидящим взглядом уставился на висящую на стене картину с яркими желтыми подсолнухами.

Адриан действительно никогда не думал, что для Габриэль все закончится именно так. Он не мог представить ее мертвой. Как?! Это же просто невозможно! Адриан затряс головой так яростно, что в глазах заплясали звезды. Положив страшную записку обратно на стол, маг покинул дом.

* * *

Шагая по мосту над быстрой горной рекой, Адриан не знал, что ему думать, как чувствовать. Пустые мысли беспорядочно метались в голове. Чувства словно одеревенели. Дойдя до середины моста, Адриан остановился и положил локти на перила. Внизу с ревом и грохотом несла свои воды свинцовая река. Когда они жили в этом городе, Габриэль любила подолгу стоять и смотреть на поток. Она постоянно тащила Адриана сюда, полюбоваться на реку, даже если им приходилось делать крюк, чтобы добраться до нужного места.

Чтобы сорваться в могучие ледяные волны, нужно полнейшее равнодушие к жизни. От этого становилось жутко и страшно. Безостановочный бег мощного потока гипнотизировал Адриана. Со смертью Габриэль оборвалась последняя нить, связывавшая мага с его старой жизнью. Теперь ничто не помешает ему сосредоточиться на обучении сына.

Фабиан, кстати, ведь обязательно снова спросит о матери. Он задавал этот вопрос каждый день и неизменно слышал от отца, что «мама очень скучает и хочет к ним, но пока не может приехать». Лгать было легко. Ложь стала естественной, как дыхание.