Книга Темное наследие, страница 100 – Эйрин Фаррон

Девушка придвинулась ближе, и тогда Джулиан обнял ее. Чародейка же уткнулась лицом ему в грудь, ощущая тонкий аромат парфюма – море, хвоя, цитрус. Запах пробудил воспоминания о том, как другой мужчина в совсем другом месте обнимал ее, прижимая к себе. От него пахло почти так же, и Габриэль в смятении даже на миг перестала дышать. Ей показалось, что сейчас она поднимет голову и вместо голубых глаз увидит ярко-синие, а вместо светлых прядей – черные.

— Солнышко? – Сердце отбило лишний удар, и Габриэль выдохнула – голос принадлежал Джулиану.

— Quoi? – глухо спросила девушка.

— Все в порядке?

— Да, а что?

— Мне показалось, ты дрожишь.

Габриэль все же посмотрела на Джулиана.

— А почему, как ты думаешь, я тебя обняла?

— Холодно?

— Да!

— Ах, вот кто я для тебя! Всего лишь обогреватель, да?

Габриэль пожала плечами, а затем оба рассмеялись. С Джулианом было легко, даже слишком легко. Он ничего не требовал, не упрекал и никогда не злился. Будто бы ему была нужна не сама Габриэль, а отношения с ней, и их он получал в достатке. Не то чтобы девушку это смущало, ведь их обоих все устраивало. Просто от других людей всегда ожидаешь сложностей, недовольства и попыток контроля. А с Джулианом Габриэль отдыхала душой.

Май был предпоследним месяцем обучения в академии. И чем ближе становился день выпуска, тем тревожнее делалось самой Габриэль. Размеренная и тихая жизнь, к которой она привыкла, совсем скоро закончится, и нужно будет снова все строить заново. Хорошо, если Джулиан сможет подставить ей свое крепкое плечо, хотя бы на первое время. Они пока не обсуждали, что будет дальше, а когда наступило лето, Габриэль и вовсе показалось, будто их отношения уперлись в какой-то тупик. Она не знала, чего ждать от Джулиана, как он поступит дальше.

Вместе с тем ее все чаще одолевали воспоминания и мысли об Адриане. Где он сейчас? В Нуарвилле или уехал по очередному заданию состоятельного заказчика? Искал ли он встречи с ней, бродя по городским улицам в надежде случайно натолкнуться на девушку где-то в сплетении бетонного лабиринта? Габриэль в этом была не уверена. Хоть на прощанье он и сказал, что любит ее, но не находящие выход чувства в конце концов перегорают и умирают. Так могло случиться и с Адрианом.

Все чаще Габриэль смотрела на подаренный им телефон, который так ни разу и не зазвонил, не считая трели будильника. Сама же чародейка тоже так ни разу и не написала ему, хотя ее иногда и одолевало такое желание. Просто написать, что соскучилась… Соскучилась?! Габриэль одергивала себя, ее тут же затапливало чувство вины по отношению к Джулиану. Тогда она закрывала глаза, словно это могло сделать ее невидимой и помочь убежать от стыда.

Девушка не понимала, почему она стала так часто думать об Адриане. Ведь еще два месяца назад она была уверена, что забыла о нем! А теперь он все чаще появлялся в ее мыслях и пару раз даже во снах. Они снова были вместе, и порой все заходило так далеко, что, просыпаясь, Габриэль думала, что вот-вот сгорит.

Чародейка пыталась напомнить себе о том, что Адриан предал ее, растоптал ее чувства, обманывал целых полгода, но эти аргументы разбивались о более весомые – он спас ей жизнь, согласившись помочь снова сбежать и скрыться, он помог ей поступить в академию, где она почти стала настоящей охотницей на демонов. И все это потому, что он полюбил ее. Любовь всегда была самой большой мотивацией для большинства людей, и если бы Адриан не испытывал к ней таких чувств, то не стал бы рисковать ради Габриэль своей жизнью.