Книга Непокорная. Невеста Севера, страница 101 – Валентина Элиме

Торвальд и Ульв переглянулись, но спорить не стали. Близнецы передали Хальдора в их руки. Я смотрела, как они уносят моего мужа по тропе в горы, и чувствовала, как сердце разрывается на части.

— Кюна, – Йорин коснулась моего локтя. – Пойдемте в дом. Вам нужно отдохнуть и согреться. Вы вся дрожите.

Я кивнула, позволив увести себя. На причале остались только Ингвара и воины, присматривающие за девушками, которых мы привезли. Жители потихоньку расходились, все еще переговариваясь и обсуждая случившееся.

В доме конунга было тепло. Огонь в очаге горел. Я опустилась на шкуры, не в силах даже раздеться. Взгляд упал на пустую постель, где должен был лежать Хальдор.

Когда я снова увижу его? Когда снова могу почувствовать его тепло?

— Кюна, – Йорин подала мне кружку с горячим отваром. – Выпейте. Хельга велела.

Я послушно сделала глоток. Терпкая жидкость обожгла горло, но внутри разлилось тепло. Йорин помогла мне раздеться. Она же умыла меня и помогла облачиться в домашнее платье. Расчесав мне волосы, она ушла, оставив меня одну. Я сидела у очага, глядя на огонь, и ждала. Ждала, когда откроется дверь и войдет он. Мой Хальдор.

Шли часы. Огонь в очаге угасал, что мне пришлось несколько раз подкидывать дрова. Ночь тянулась бесконечно. Я то засыпала, сидя у очага, то просыпалась от малейшего шороха. Но это был только ветер за окном или шаги Йорин, которая временами заглядывала проведать меня. К утру я поняла, что Хальдор не придет.

Я поднялась и, не дожидаясь рассвета, направилась к пещере. Но сколько бы времени я там не протопталась, внутрь попасть не смогла. Мне оставалось только ждать.

Я вернулась в деревню ни с чем. День тянулся медленно. Я не находила себе места. То подходила к окну, то выходила на улицу, то снова возвращалась. Йорин пыталась меня накормить, но я отказывалась. Еда не лезла в горло. Ингвара заглянула, чтобы доложить, что девушки размещены и ждут решения по их судьбе, но я слушала ее вполуха. Мне и дела не было до них. Пусть Торвальд разбирается с ними.

— Кюна, – Ингвара положила руку мне на плечо. – Вы должны довериться Хельге. Она и не таких воинов на ноги ставила. Будьте терпимее.

Я промолчала ей в ответ. Мне было страшно. Страшно, что Хальдор не оправится, что раны окажутся смертельными, что я снова останусь одна. Страшно, что амулет, который все это время дарил мне надежду, сейчас молчал. Он не был холодным, но и тепла в нем почти не осталось.

Вторую ночь в опочивальне конунга я провела тоже одна. Лежала на шкурах, смотрела в потолок, как играются тени от огня, и слушала ветер, что зверем завывал за окном. Йорин ушла, отпросившись у меня проведать привезенных девушек. Ей было любопытно на них взглянуть. Я отпустила ее и приказала не беспокоить меня, если только не случится что-то важное. Важным для меня был только Хальдор.

Я закрыла глаза, пытаясь представить лицо Хальдора. Его шрам на брови, его улыбку. Как он называл меня “огненная женщина”, как целовал в ту единственную ночь, которая так и не стала нашей.

— Пожалуйста, – прошептала я в пустоту. – Пожалуйста, вернись.

Слезы потекли по щекам. Я не вытирала их, позволяя себе ту слабость, которую не могла позволить днем. Пусть никто не видит, пусть никто не узнает, как бесстрашная кюна Туманного фьорда плачет по ночам, боясь, что конунг не вернется к ней.