Книга В погоне за Луной. Том 1, страница 37 – Син Лин

После того как Хун И вознесся, в клане лисов не осталось правителя-полубога, а среди демонов еще долгие годы никто не мог войти в число богов. До своего вознесения Хун И оставил во дворце Чжунцзы приказ, в котором говорилось, что триста лет спустя среди смертных родится Властитель демонов. Тот, кто сможет развить силу полубога и сломать печать Небесного Лиса за пределами дворца Чжунцзы, станет новым Властителем.

Пролетело время, минули сотни лет. Чан Мэй^[67], предводительница клана демонов-лисов, и Чжэнь Юй, хозяин дворца Холодного источника, стали полубогами. Через десять коротких лет закончится трехвековое ожидание, о котором предупредил Хун И. А значит, совсем скоро демоны схлестнутся в кровопролитной войне за место Властителя. Врата на гору Пурпурной луны распахнулись, и взошла луна.

Когда вести об этом достигли горы Цзинъюшань^[68] и дворца Холодного источника, Чан Мэй и Чжэнь Юй поначалу бездействовали.

В тот год, когда демоны едва не обрушили гору Пурпурной луны, Тяньци не явился. Почему врата распахнулись именно сейчас?

Они оба прекрасно знали, что, несмотря на кровопролитные битвы и императорский приказ, вопрос о том, кто станет Властителем демонов, мог решить только Тяньци. Опомнившись, они взяли с собой подданных, набрали великих ценностей и, не упуская ни минуты, направились на гору Пурпурной луны засвидетельствовать свое почтение.

Во дворце на горе Пурпурной луны Тяньци (у которого голова еще гудела от забот) глядел на довольно улыбающегося юношу.

— Это ты врата распахнул?

Цзы Хань снова принял человеческий облик. Он гордо кивнул. В тот год Цзы Хань последовал за Тяньци в пространственно-временной излом в поисках Юэми. Пятьсот лет назад он, не выдержав одиночества, вернулся на гору Пурпурной луны коротать скучнейшие деньки с Саньхо и Бибо^[69].

— И ты поднял луну?

Юноша-зверь снова гордо кивнул.

Тяньци глубоко вздохнул.

— Что еще ты сделал?

— Больше ничего, шэнь-цзюнь! Когда восходит луна и открываются врата, все приходят, чтобы поклониться тебе!

Цзы Хань расплылся в счастливой улыбке, в его глазах, превратившихся в пару щелочек, искрились звезды.

— Аи-и, с тех пор, как дракон Саньхо и малыш Бибо отправились в путешествие, я остался совсем один на горе Пурпурной луны. Но теперь шэнь-цзюнь вернулся! Наконец на горе Пурпурной луны снова начнется веселье! – радостно проговорил Цзы Хань и подбежал ближе к Тяньци. – Шэнь-цзюнь, в нашем царстве столько силачей появилось! Только ты взглянешь на них – они же от счастья засияют!

— Дальше что? Бэнь-цзюнь должен возгордиться? Или это все ради того, чтобы ты мог наворовать больше драгоценностей?

Тяньци холодно смотрел на юношу-зверя – он прекрасно знал, что драконы по природе своей жадны до богатств и сокровищ. Цзы Хань задрожал от страха под взглядом Тяньци и, умолкнув, обратился в маленького дракончика и обвился вокруг бедра мужчины.

— Шэнь-цзюнь… – протянул он тонким, слабеньким детским голоском. Из больших фиолетовых глаз скатились слезинки. – Не злись на меня… Ну люблю я всякие сверкающие штучки…

Тяньци растерянно поглядел на прильнувшего к его ноге дракона, которому было сотни тысяч лет, и лишь вздохнул.

Два хозяина – горы Цзинъюшань и дворца Холодного источника – простояли у ворот, ведущих на гору Пурпурной луны, целый день, но так и не встретились с Тяньци. Все великие дары, которые они принесли ему, забрал Цзы Хань.