Книга В погоне за Луной. Том 1, страница 132 – Син Лин

— Ты! – Сунхэ дрожал от распирающего его гнева. Он глядел на демона с негодованием и горечью, потому что возразить ему было нечего.

Он в самом деле умолчал о священном древе, а потом инсценировал свою смерть, ступил на путь зла, поглотил всю духовную силу Восточного моря и даже принес в жертву собственных учеников, а после насытился кровью Бай Шо. И все это – в самом деле ради собственных эгоистичных желаний!

Цепь Опустошения дрогнула в руках Фань Юэ.

— Мне надоело слушать этот бред – развел тут сопли. Бэнь-цзюнь покажет тебе дорогу в ад!

Сверкнув серебром, цепь взлетела и устремилась к Сунхэ, у которого практически не осталось сил на защиту. Он отпустил Эр Юнь, потеряв всякую надежду выжить.

Закрыв глаза, старец ждал, когда все закончится. Вдруг он услышал лязг меча и крик Чун Чжао.

— Шицзе!

Эр Юнь заблокировала атаку Фань Юэ. Она только ступила на путь становления бессмертного владыки, и если бы Фань Юэ не был ранен, то сокрушил бы ее истинную сущность одним ударом. Заметив, что Эр Юнь встала на защиту отца, Фань Юэ остановил цепь – она застыла в одном цуне от ее лба.

— Юнь-эр… – открыв глаза, выдохнул Сунхэ. Сжав кулаки, он собрался снова броситься в атаку.

— Не смей! Уходи! – закричала Эр Юнь со слезами на глазах. Казалось, она почувствовала намерение Сунхэ. – Отец! Прошу, прекрати! Уходи! И никогда не возвращайся в Восточное море! Никогда!

По щекам девушки потекли слезы. Она выпустила из себя поток золотой энергии, и в водной завесе, окружавшей пещеру, появился проход.

— Отец, уходи!

Ради отца Эр Юнь была готова пожертвовать всем: своей жизнью, чувствами к Чун Чжао и даже Бай Шо. Сунхэ ступил на путь зла, из-за него многие пострадали. Его отвергли сами небеса, и на Туманном острове не нашлось бы того, кто не назвал бы его предателем. Но, в конце концов, он оставался ее отцом. Даже если поведение Эр Юнь было недостойно бессмертной, она не смогла просто стоять и смотреть, как родителя убивают у нее на глазах.

Сжав сердце священного древа, Сунхэ решительно бросился к пролому.

— Смерти ищешь?!

Увидев, что Сунхэ собрался бежать, потерявший всякое терпение Фань Юэ взмахнул Цепью Опустошения.

— Хозяин дворца! Нет!

— Стой!

Бай Шо и Чун Чжао бросились на Фань Юэ, и тот, взмахнув рукой, образовал вокруг себя защитный барьер. Этот барьер словно обладал собственным разумом: когда Бай Шо ударилась о него, то практически ничего не почувствовала. Чего не скажешь о Чун Чжао – юноша будто врезался в камень и со страшной силой отлетел назад.

Фань Юэ даже не взглянул на неразумную парочку, словно пытавшуюся пробить скалу куриным яйцом. Он чуть пошевелил кончиками пальцев: из серебристой ледяной цепи вылетел луч света и устремился прямо в лоб Эр Юнь.

Брызнувшая кровь обагрила окружающий Фань Юэ барьер. Бай Шо в ужасе отвела глаза.

— Отец! – разнесся по пещере горестно-гневный крик.

Бай Шо обернулась и увидела, как из тела Сунхэ вырвался столб энергии и закрыл тело Эр Юнь сферическим щитом, но тут ледяная цепь пронзила его грудь и обвилась вокруг сердца священного древа. Фань Юэ дернул духовное оружие обратно на себя.

— Хозяин дворца Ясной луны, я сделал все, что мог. Сердце священного древа вернулось в царство Чжао^[140]. Настал закат Восточного моря. Хозяин, прошу простить меня, главу школы Туманного острова, – дрожа, проговорил Сунхэ.