Книга Неправильная попаданка. Расхламление по-земному, страница 8 – Татьяна Михаль

— Что это там? – спросила почему-то шёпотом.

— Оружейная, – тоже тихо ответил Виктор.

— Бывшая или действующая?

— О, отлично. Значит, там мы найдём много интересного.

Я толкнула дверь.

Оружейная оказалась огромным залом с каменными стенами.

Вдоль стен должны были стоять стойки с оружием, но сейчас они лежали на полу.

Тут были мечи, копья, алебарды, и всё сгрудили вперемешку. Доспехи висели на крюках, но часть из них упала и теперь напоминала груду металлолома.

А в центре зала стояло кресло.

Оно было очень старое, потёртое и прожжённое. Обивка вытерлась до дыр, подлокотник треснул, из прорехи в сиденье торчал грязно бежевый наполнитель.

А ещё кресло весьма неприятно попахивало. Не то чтобы отвратительно, но специфически. Этакая смесь старой кожи и мокрой псины.

— Ёпперный театр, что это? – выдохнула я, рассматривая этого уродца.

— Моё кресло, – равнодушно ответил Виктор.

— Но почему кресло, затёртое до дыр и засиженное до отвращения, стоит в оружейной? Вы что же, тренировались, сидя в кресле?

— Нет, я отдыхал после тренировок, и не только.

Короче, я обошла кресло по кругу, потом наклонилась и с чувством его понюхала.

— Генерал, а когда вы в последний раз стирали обивку? Или хотя бы проветривали…

— Это просто кресло, госпожа Дана, и оно не нуждается в стирке.

— Можно просто Дана. И вы правы, стирка ему уже не поможет, оно нуждается в кремации.

Виктор напрягся.

— Что? – прошептал он.

— Это кресло, – проговорила твёрдым тоном, – является энергетическим паразитом номер один в вашем доме. Посмотрите на него. Оно ведь прожжённое, продавленное и хранит отпечаток вашей пятой точки за последние десять лет! Все эмоции впитались в его обивку, и это давно не кресло, а настоящий ужасный портал в вашу депрессию. Я вам клятвенно обещаю, что мы его сожжём самым первым.

Повисла напряжённая пауза. А потом Виктор шагнул вперёд и встал между мной и креслом.

— Только через мой труп, – отрезал он.

И вот тут я увидела в его глазах не пустоту, а злость, и улыбнулась.

— О, а ваш труп, генерал, я тоже утилизирую, но сначала уничтожу кресло.

— Вы не понимаете! – почти зарычал он. – Это не просто кресло. Оно досталось мне от прадеда!

— Какой кошмар… Антиквариат должен быть либо в музее, либо в комнате как экспонат и пользоваться им нельзя ни в коем случае!

Он раздул ноздри и добавил яростно:

— Это единственная вещь, которая была со мной всегда! Всегда!

— И поэтому эта вещь должна уйти.

— Почему?!

— Потому что данное кресло держит вас в прошлом. Вы сидите в нём и пережёвываете старые раны, а вам надо встать и идти дальше. Но вы не сможете встать, пока это поганое и вонючее кресло здесь, в этом доме.

Виктор смотрел на меня, и я видела, как в нём борются два желания, взять и послать меня куда подальше и лёгкое сомнение.

Омлет запрыгнул на груду доспехов и устроился там, свесив хвост.

— Знаете, генерал, – начал кот, – я в этой жизни повидал много странных вещей. Я видел, как моя хозяйка выбрасывала коллекцию виниловых пластинок бывшего почти мужа. А ещё она заставила одну женщину выкинуть свадебное платье через месяц после развода, но знаете что? Все, кого она расхламляла, потом говорили ей спасибо. Не, не сразу. Сначала они орали на неё, рыдали в тридцать три ручья и угрожали убить её. Но потом все до единого благодарили.