Книга Неправильная попаданка. Расхламление по-земному, страница 15 – Татьяна Михаль

Боль пришла откуда-то изнутри черепа. Она была резкая и ослепляющая, как будто кто-то воткнул мне в висок раскалённую спицу. В глазах у меня потемнело.

— Мя-а-а-ау! Дана-а-а! – заорал Омлет, но его голос доносился как сквозь вату.

А потом из коридора раздался ответный вопль.

Виктор орал благим матом.

— Что происходит?! – крикнул Омлет.

Я не могла ответить. Я прижала ладони к вискам. Боль дико пульсировала тук-тук, тук-тук.

А потом вернулся Виктор.

Он буквально влетел обратно и был злой, как стая демонов. Из носа у него текла кровь, тонкой струйкой по губе и бороде. Глаза горели.

— Что это было? – перепугался Омлет, курда вокруг меня.

— Не знаю, – прошептала я. – Голова чуть не взорвалась…

— Нас связали намертво, – прорычал Виктор.

Он стоял в трёх шагах от меня, вытирал кровь с губы. И цепь между нами светилась ярче, чем раньше и пульсируя в такт боли.

— Что? – не понял Омлет.

— Мы не можем отойти друг от друга дальше, чем... я не знаю, сколько шагов? Пятьдесят или меньше? Тридцать? Цепь срабатывает и бьёт по нам обоим магической отдачей.

Боль начала отступать, я смогла поднять голову.

— Вы поэтому вернулись? – спросила слабым голосом.

— Мне пришлось! Меня тоже ударило!

— Ого, – выдохнул Омлет. – Так это вы и в туалет вместе ходить будете? Вдвоём на горшок? Я бы на это посмотрел...

— Омлет! – зашипела я на кота.

— А что? Я просто интересуюсь организационными моментами! У вас теперь общая жизнь, общий туалет, и одна на двоих головная боль. Кстати, боль тоже общая? Или у вас по очереди? Если его ударить, тебе тоже будет больно? Это надо проверить! Дана, дай я тебя кусну!

— Не смей!

Я закрыла лицо руками. Головная боль ушла, но на её место пришло осознание всей глубины той ямы, в которую мы угодили.

Мы связаны и не можем разойтись дальше около тридцати шагов, плюс-минус. Не можем игнорировать друг друга.

— Это какой-то дурацкий сюр, – прошипела я в ладони.

— Это магия, – поправил Виктор. – Очень сильная.

— Это всё ваши бездарные маги! – разозлилась я на ситуацию.

Мы стояли друг напротив друга, связанные магической цепью, с больной головой и разбитыми нервами.

Омлет сидел на коробке с надписью «Сентиментальный хлам» и ухмылялся.

Короче, это только начало. Боже, дай мне сил.

— ДАНА —

* * *

Проснулась я в ярости.

Это вообще моё обычное состояние по утрам, но сегодня был особый случай.

Представьте, вы просыпаетесь в пыльной комнате под душным одеялом, от которого несло так, будто его последний раз стирали ещё до рождения генерала.

Рядом, на соседнем диване, вернее, на том, что от него осталось, спал Виктор и негромко храпел. Но его храп отдавался в моей голове громом.

Я швырнула в него подушкой, и он всхрапнул громче, перевернулся на другой бок и продолжил.

— Вот же, – прошипела я и села, свесив ноги с дивана.

Спать нам пришлось в одной комнате, потому что цепь не позволяла нам разойтись далеко.

Около тридцати шагов и ни шагом больше, а поскольку спальня генерала оказалась в таком состоянии, что туда было страшно заходить, мы устроились в главном зале. Два дивана, составленные буквой «Г», кресла, столы, и камин.

Романтика, блин.

Омлет проснулся раньше всех. Он сидел на каминном портале, рядом с шаром доставки, и что-то сосредоточенно лапой там нажимал.