Книга Четырехлистник для попаданки, страница 53 – Елена Боброва

Мне расхотелось его провоцировать, поэтому ответила в том же тоне:

— Ты тоже мог бы оставить записку для меня.

— Согласен, не подумал. Извини, — послышался какой-то стук. А, это всего-навсего моя упавшая челюсть.

Стефан извинился? Признал, что был не прав⁈

Пауза затянулась, и я поспешила ответить:

— И ты меня извини.

— Отлично! Рад, что ты готова признать свою вину, — улыбнулся этот наглый дракон, повернувшись ко мне.

Открыла рот и тут же закрыла. Провел меня, драконище.

— Раз сегодня выходной, — вот именно, а он заставляет меня учиться! — Займемся кое-чем интересным.

Если бы у Гехарда было сейчас выражение лица, какое обычно бывает у Инго, то можно было бы понять его слова превратно. Но дракон продолжал жизнерадостно улыбаться.

— И чему же ты хочешь меня научить? — спросила Стефана.

Гехард подошел близко ко мне и оперся одной рукой о спинку моего стула, заставляя нервничать.

— Выпускать драконий фантом, — во второй руке он собрал магию, затем раскрыл ладонь и выпустил небольшую огненную фигуру в виде дракона.

— Класс! — восхищенно выдохнула я. — Очень здорово! Получается это твой дракон в миниатюре?

— Да, он состоит из одной чистой стихии. По сути это и есть демонстрация моей стихии. Хочу глянуть на твою.

— У меня вряд ли получится, это слишком сложное заклинание. Я видела в одной из книг.

— Запомнила?

— Да.

— Значит, будем пробовать.

— Как скажешь, — бесполезно спорить с этим драконом.

— Постарайся вспомнить суть заклинания. В драконьей магии важнее посыл, а не сами слова. Ты должна попросить своего дракона отразить его ауру через стихию.

— Хорошо, — напряглась, пытаясь донести драконице то, что я прошу от нее. Мысленно повторяла образ дракона, который Стефан сейчас воплотил в миниатюре. Мне самой было интересно, какой получится фантом моей драконицы.

Уверена, он будет необычным.

Конечно, Гехард начнет задавать вопросы, и пусть задает. У меня все равно нет ответов.

Не заметила, как закрыла глаза от усердия.

— Собери магию в руке. Сосредоточься, Аделина. Замечательно. Ну же, внимательнее!

— Не мешай! — бухтит мне тут на ухо, и подсказки его наоборот мешают.

И вот с руки сорвалось пламя. Вроде бы пламя.

Я боялась открыть глаза и увидеть результат, тем более после слов Стефана.

— Мда… Ну ничего, для первого раза сойдет.

Коротко шумно выдохнула и открыла глаза.

Это он еще мягко сказал. Передо мной застыл изящный фантом моей драконицы, но цвет ее был какой-то серо-буро-малиновый.

— Не получился, — вздохнула я, когда фантом истаял.

— Форма была идеальная, а цвет… тебе просто нужно поработать над своей стихией.

Язык так и чесался спросить над какой из них. Подозреваю, что фантом не получился именно из-за того, что драконица у меня с двумя стихиями.

Может, стоит рассказать об этом Гехарду?

Уже сделала вдох, чтобы начать говорить, но дракон сказал первый:

— Прогуляемся? Все-таки выходной.

— Почему бы и нет, — приняла его слова за знак, что не нужно торопиться и рассказывать о второй стихии, и поднялась со стула. — Скажи, Стефан, а Новый Руж отсюда далеко?

— Нет, — дракон не сразу понял к чему я клоню, но постепенно дошло, и он спросил с подозрением: — Зачем тебе?

— Просто так, — невинно подняла глаза к потолку.

— Аделина, без меня в этот город даже не суйся.