Книга Боевые девочки любят длинные стволы. Том 2, страница 94 – Игорь Павлов

Пострелял и я, покуривая. Больше пристреливался и прикидывал, как луч ведёт себя в данной среде. Получил, что и ожидал: простреливает далеко, нанизывая всё без разбора. Впечатление такое, что из танка по мухам луплю. Даже булыж четвёртого уровня, каких тут боятся, как огня, развалился после третьего выстрела. И это на десяти процентах мощности.

Первые двенадцать минут держимся нормально, пока нас в клещи не зажимают. Вот тут–то приходится кувыркаться в прямом смысле этого слова. Вблизи девчонки мажут, лапки у них явно дрожат. Сабрина с Лизой гоняют, как заведённые, прикрывая то там, то сям. Миранда лупит из снайперки, выцеливая крупных монстров, впрочем, как и я. При этом и в упор разносит подкравшихся тварей с такой же хладнокровностью.

Поля у боевых машин сверкают всё чаще, куда влетают ошмётки булыжей и осколки астероидов, мелкие твари, проскакивая под шумок, идут на таран, доставляя немало хлопот.

Приходится врубать «гравитрон», отбивая нападки, летаю, как бешеный шмель, перейдя на пулемётный огонь. Приходится всё больше оставаться в режиме «сопряжения», так, по крайней мере, лучше сохраняю машину.

Пошли первые поломки: у меха одной девушки полруки отвалилось, у другой — пулемёт заклинило, у третьей ракетницу стесали, четвёртую впечатало так, что утечка в кабине пошла. Турбины у некоторых зачихали, стабилизаторы забились к чертям.

Наташка с управлением не справилась, машину отнесло далеко, где на неё сразу накинулась толпа тварей, подползли уродцы незаметно. Сабрина бросилась её спасать и чуть метровый камень в кабину не выхватила! Благо я успел — из снайперки со ста пятидесяти метров долбанул по нему, изменяя курс. Мне пришлось быстро поворачивать дуло, впервые вышло так молниеносно и точно попасть сходу.

— Хорош, — похвалила Сабрина, заметив мой маленький подвиг. Оскалилась и дёрнула ручки, переводя внимание на булыжа, который тут же разлетелся на две части от её клинка.

Монстры кончаются, уже начинаем палить по простым плывущим камням. Три ракеты, потеряв цель, вообще уносятся куда–то очень далеко, пропадая с радаров.

— Красиво летят, — комментирую, наблюдая их через перекрестие какое–то время.

— Все целы? — Ворчит Сабрина, тяжело дыша. — Латаем дыры…

Одной кабину на стыках запенили, второй руку назад тросом присобачили, третьей выгнули сопла турбин. Стали осматриваться и вскоре пришли к выводу, что не зря твари тут разбушевались — стоило продвинуться на пару сотен метров, появились заветные сигналы от сканеров.

Сразу шесть точек с плазмой девяносто шестого уровня засияли на виртуальной сетке. Уже разбирающиеся в показаниях зрители, возликовали в чате, будто им что–то перепадёт.

— А вот это уже по–нашему, — возрадовалась Лиза, ломанувшись к ближайшей добыче первой. Там увесистая кристаллическая розовая капля на целый галлон! Меж двух камней светится.

— Стой! — Взвизгнула Сабрина, но было уже поздно.

Оказалось, что это нихрена не камни! А челюсти крупной твари, которая сразу их и защёлкнула, зажав руку меха до самого плеча.

Лиза закричала отчаянно, через эфир передалось, как скрепит металл и трещат полимеры.

Молясь на собственные стабилизаторы, я повернулся к ней с пушкой на изготовке и сразу прицелился. В перекрестие крупным планом попал и мех, и часть гадины, какие–то сантиметры влево — и попаду в Лизу. Выкрутив на тридцать процентов мощности, беру правее, с расчётом, что луч прошибёт и камни, закрывающие цель.