Книга Ледышка для двоих, страница 64 – Аля Алая

Нащупываю на плече мой рюкзачок, все еще набитый конспектами. Отправляю их в урну, как ненужный хлам.

Мне очень хотелось стать дизайнером, но не судьба.

Медленно иду в небольшое ветхое здание, где на табло рассматриваю расписание автобусов.

— Билет до Москвы, — протягиваю читающей бульварный роман билетерше деньги. У меня осталось не так много. Хватит, чтобы доехать и пару раз поесть.

А что там?

Я не знаю.

Год спустя.

Даня.

— Ты задолбал дымить, — Савелий брезгливо сморщил нос. Не одобряет… ну и ладно.

— Неженка, — затягиваюсь сильнее и выпускаю дым в окно тонкой струйкой. На нервах курить начал месяцев восемь назад. И бросить не могу.

Всему виной Аврора, которая исчезла в неизвестном направлении, не оставив ни единой подсказки, где ее искать.

Мы нашли автобус на котором она уехала из городка. Потом мелкого воришку, вытащившего телефон из ее рюкзака на одной из остановок, пока Аврора была в пути. И на этом все, связь оборвалась.

Москва — огромный город, в котором наша малышка растворилась. Она вышла за пределы вокзала и мегаполис ее поглотил.

Где она? Как справляется?

Аврора была таким нежным цветком, что я с трудом представляю, что где-то там она одна. Без поддержки.

— Закрой, холодно, — продолжает бубнить друг. Устало трет лицо, прочесывает постриженные коротко волосы и кривится при виде миниатюрной елочки на столе.

Он ненавидит Новый год, я тоже. А наша новая секретарша напротив, сходит по праздникам с ума. Весь офис обвешала украшениями, даже до нашего кабинета добралась, как ей не запрещали.

Сава тыкает шариковой ручкой в пластиковую фигурку с крошечными игрушками пока та не достигает края стола. Еще пара точных движений и елочка летит в мусорное ведро.

— Марина расстроится, — отворачиваюсь к окну. Делаю новую затяжку, разрывающую мои легкие и катаю сигарету по краю стеклянной пепельницы.

— Похуй, — друг поднимается на ноги. Вытягивается всем телом. Разминает плавными движениями шею, — я заебался, глаза уже не видят.

— Аналогично, — давлю раздражающую его сигарету в пепельнице и закрываю окно. В кабинете тут же становится тише, — все проверил?

— Угум, — он обходит стол. Достигнув окна, плечом опирается в косяк. С прищуром смотрит на открывающийся перед нами вид.

Мы оба сюда хотели. Москва манила новыми перспективами и пониманием того, что мы будем жить с Авророй в одном городе.

Учеба закончилась. Сава на автопилоте принялся за осуществление своей давней мечты — сеть магазинов спортивных товаров. Она тащила его из ямы, в которой мы оказались. А мне было пох чем заниматься, так что я просто поддержал его. Почему нет. Если нет своей мечты, можно осуществить чужую.

— Ее мать звонила, спрашивала нет ли новостей, — по лицу Савелия пробегает болезненная тень. С матерью Роры общается только он, я послал ее сразу же, как узнал, что она отказалась принять дочку домой. Понимала же, что положение у Авроры безвыходное, но не помогла.

Теперь вот раз в месяц стабильно звонит Саве, узнать нет ли новостей. После переезда в Москву беспокоит чаще. Будто есть реальный вариант, что мы можем встретить ее на улице случайно.

— От частного детектива ничего? — поигрываю серебристой зажигалкой в пальцах. Открываю и закрываю с противным металлическим лязганьем. Хочу продлить разговор о ней. Я тоскую.