Книга Ледышка для двоих, страница 39 – Аля Алая

Очень жалею, что девочки приедут лишь завтра. Сплетни кто и с кем зажимался, а кто напился до бессознанки еще до двенадцати и уснул мордой в салат очень помогли бы мне забить свой бедный трещащий мозг под завязку.

В непривычно тихой кухне ставлю чайник, из холодильника извлекаю кусок медового торта. Это мне Оля оставила. Ее мама невероятно вкусно выпекает десерты.

За столом роняю лицо в ладони, все же всхлипываю. Не хочется мне ни чая, ни торта. В мыслях я все там, в заснеженном домике вместе с Савой и Даней. Одни сутки, а как они перевернули мою жизнь.

К вечеру в квартире раздается звонок. Пока иду к двери, успеваю сойти с ума несколько раз. А вдруг кто-то из них решил приехать. Душа рвется, ноги заплетаются, в груди пожар. Прежде чем взглянуть в глазок, даже приходится перевести дух.

Но за дверью оказывается всего лишь доставщик. Молодой долговязый парень с уставшим помятым лицом и алкогольным амбре передает мне небольшую коробку с красным бантом. В его квитанции точно мое имя, проверила я дважды. А вот от кого — прочерк.

— Спасибо, — отпускаю беднягу и как только закрываю дверь, разрываю упаковку. Внутри новенький самсунг без карточки. От Дани, он ведь разбил.

Вынимаю из рюкзака свой бесполезный телефон и ставлю симку в новый. При загрузке тут же отрываю папку на рабочем столе.

«Новый год»

Там целая подборка фотографий дома снаружи и интерьера. Елка, украшенный стол, кухня, спальни. В комнатах на кроватях смятые простыни. В зоне бассейна шезлонг с моим забытым купальником и полотенцем. Даже джакузи заснято.

На фото нет нас, но я могу воссоздать все в своей голове вплоть до мельчайших деталей. Слышу смех, вижу их разгоряченных и жаждущих меня. Наши обнаженные тела на простынях. Между ног тянущие ощущение напоминает о случившемся сексе. Вся кожа покрывается предательскими мурашками. Смогу ли я когда-либо вообще забыть о случившемся?

Прихожу к выводу, что подарок точно от Дани, ведь именно он остался в доме, когда мы с Савой уехали.

И еще одно фото всплывает заставкой для блокировки экрана. Я стою в платье у елки, задумчиво рассматривая игрушки и гирлянды. В моей руке бокал шампанского, на губах улыбка. Он успел снять, пока я не видела.

Черт, зачем? Чтобы добавит страданий? Не дать забыть наверняка?

Вся последующая ночь в пустой квартире проходит тревожно. Я ворочаюсь с боку на бок. Без конца пересматриваю фотографии и вспоминаю наш Новый год. И думаю, думаю, думаю … А что было бы, если бы я выбрала Даню? Или Саву? Не допустила бы фатального секса, который сломал все? Жуткое чувство вины опять подняло голову и начало меня сжирать.

Утром измученная бессонницей принимаю душ и собираю себя по частям. Зачем-то тащусь в булочную рядом за выпечкой. Потом одиноко пью кофе на маленькой кухоньке. Как только в окно замечаю подъехавшие машины, из которых вываливают девчонки, тут же оживаю. Несусь к двери и впускаю, обнимая каждую и целуя в холодные с мороза щеки.

— Рорка, зря не поехала, — с порога заявляет Алиса. Она у нас самая заводила. Пухленькая, конопатая, с богатством четвертого размера в лифчике, — парни устроили такой стриптиз на улице, не поверишь.

— О боже, — преувеличенно реагирую всплескивая руками, — не говори, что даже плавки поснимали.

— Нет, — хмыкает Тонька, стаскивая с плеч дубленку. В противоположность лучшей подруге она миниатюрная и очень худенькая. От южных родителей ей досталась черная толстая коса и смуглая кожа, — холодно было, побоялись вываливать сморщенных червячков.