Книга Меркантильное поведение, страница 2 – Аля Алая

— Закрыли вопрос, я попросил оказать мне услугу. Не бесплатно, — выдаю с нажимом холодно. Взглядом возвращаюсь к феечке, которая опять перетягивает на меня все внимание.

Молоденькая, ей чуть за двадцать. А мне тридцать три. Понятно, почему не смотрит. У такой красотки, наверняка, есть парень ее возраста. Какой-нибудь улыбчивый, наивный придурок, который водит ее в кино и лапает в темноте во время просмотра. До дома провожает, сдает ровно в одиннадцать старшей сестре — акуле или родителям.

Она явно не для меня.

— А не боишься, что Сафронов устроит тебе подлянку? — двоюродный брат не успокаивается. И вот честно, достал уже…. Да, были у нас с Вадимом терки и серьезные. Но мы все решили, похоронили топор войны вместе с Артемом и Катей — его бывшей женой, которая погибла вместе с моим братом. А теперь будем работать вместе. Точка.

— Уже, — мрачно усмехаюсь, — Настю, вторую жену его помнишь?

— Миленькая такая блондиночка? — Артем явно напрягает мозги, — она вроде беременна.

— Угу, — отпиваю из бокала воду. В районе сердца теплеет. Повезло Вадиму с Настей — вовремя встретил, клещом вцепился в свою студенточку и ребенка заделал, чтобы наверняка. Я бы и сам был не прочь, но мне Настя дала отставку, — полгода назад открываю я квартиру, а там под дверью корзина с двумя котятами и слезной запиской, в которой я просто обязан приютить этих двух сирот. И Настина приписка, что беременным, оказывается, отказывать нельзя. Прикинь. Жил себе спокойно, бухал, никого не трогал.

— У тебя депрессия была на почве смерти…

— Угу, была, — криво усмехаюсь, останавливая его, — но быстро прошла после появления ушлепков. Ты когда-нибудь просыпался от дикого кошачьего ора прямо уши с двух сторон? Или потому, что не можешь дышать из-за пушистый кошачьей жопы, которая разместилась у тебя на лице, потому что там удобнее всего?

— Нет, — Антон сразу повеселел.

— А я вот да. Даже на паранойю подсел, когда Настя сбросила мне новость, как какой-то бабке коты после смерти объели лицо.

— Боже, — двоюродный брат поморщился, прикрывая лицо ладонями.

— Моя реакция была примерно такой же. А ты знаешь, как я напивался до полусмерти, когда особенно тяжело было.

— И что?

— Бросил на нервах. А что, если эти два подлых пушистых ублюдка, пока я в отключке мне нос отгрызут?

— Бля, заканчивай, Гордей, — разразившись хохотом, Антон принялся вытирать салфеткой выступившие слезы.

— Я даже пару раз в гостинице после попоек ночевал, так на измену подсел.

— Насте респект, — не унимается Антон.

— Вот, — вынимаю из кармана пиджака приглашение и кладу перед Антоном, — никак не уймется. Вообще не понимаю, как теперь отвадить ее от моей драгоценной персоны.

— Это что такое? — Антон чешет рыжую короткостриженую голову.

— Приглашение на «Gender reveal party»* (вечеринка, где узнают пол ребенка), — мой взгляд становится тоскливым, — взорвут какой-нибудь огромный шар с конфетти или разрежут торт. Там по начинке — голубой или розовой будет понятно, кто у Насти в животе живет — девочка или мальчик.

— Ого, они не знают еще? А тебя зачем позвали? Прости, я, наверное не вкурил, что вы теперь все друзья.

— У Насти куча незамужних подруг и твердая уверенность, что я страдаю от одиночества. Помогает сирому и убогому.

— Интересная малышка, сначала втюхала тебе котов, теперь хочет пристроить тебя. Это все беременные гормоны, — ставит свой диагноз Антон, — Кира тоже стала страдать ерундой, как забеременела.