Книга Бабник, страница 82 – Аля Алая

— Это ужасно, — ошарашено распахиваю глаза.

— Просто не повезло, бывает.

— И после такого ты собираешься вернуться к гонкам?

— Ты сейчас как моя мама выглядишь.

Плевать, как я выгляжу.

— Я пока думаю, — Иван бросил куски рыбы в котелок к овощам. — Ты так смотришь, не надо, Юль.

— Как?

— Будто я уже по треку еду. Там реально ситуация сложная была, лопнуло колесо у другого байка, его занесло, он задел меня... а у шлема, что был на мне, оказалось бракованное крепление.

Чувствую, как мне с каждым словом плохеет. Медленно сажусь на бревно.

— Понял, никаких подробностей. Юль, все хорошо.

— Дааа...

— Пока мне достаточно просто кататься, — он улыбается, — особенно, когда ты за спиной.

— Я могу всегда с тобой кататься. Мне больше не страшно, — с большим энтузиазмом ему киваю.

Уха получается отличнейшей, запах обалденный. Ем с большим удовольствием и рыбку в ней тоже. Бульон сладкий, насыщенный, с привкусом специй. Заедаю уху чёрным ржаным хлебушком. О мой бог, у меня гастрономический оргазм.

— Шашлык в меня не влезет, — признаюсь честно.

— На ужин оставим. А вот от десерта не откажусь, где там твои ягоды?

— Здесь. К озеру пойдём?

— Да.

Мы снова перемещаемся. Покрывало на мягкой траве, припекающее солнышко, нежный прохладный ветерок с озера. Я готова сейчас просто прилечь и валяться прямо до вечера.

— Даже не думай, — Иван видит моё настроение, — сейчас будешь извиняться.

— За что?

— Забыла?

— И что, прямо сейчас будешь меня... эээ... ну…

— Пороть буду позже, запал пропал. Сейчас будет приятная часть, — Иван садится на покрывало и подает мне руку. — Садись и корми, — наглый голубой взгляд проезжается по моей груди и губам.

— Это я могу, — перекидываю через бедра Ивана ногу и седлаю его. Попкой сажусь на приличную выпуклость. Ммм, когда только успел?

Ставлю корзинку рядом, выбираю там самые красивые ягодки и подношу их к чувственным губам. Иван берет угощение, прихватывая кончики моих пальцев. Запрокидывает голову, явно наслаждаясь процессом. Чем дальше, тем эротичнее получается. Он добавляет язык, ловит мои пальцы и посасывает их.

Тягучее возбуждение постепенно разливается по всему телу, соски набухают и царапают ткань, я начинаю ерзать на каменном пахе, покачиваюсь.

— Сними майку, — командует, облизываясь.

Опускаю ладонь на край майки и медлю, тереблю ткань. Смущенно тяну вверх, открывая живот, собираю ткань в кулак, и она сильно натягивается, очерчивая грудь.

— Юля... — растягивает мое имя. Решаюсь и сбрасываю майку с себя, подставляя голую грудь легкому ветерку и бесстыжему взгляду Ивана.

— Как спелые вишни, — склоняется он и облизывает каждый сосок. Делает это медленно, дразняще.

— Мммм... ох, — нажимаю ладонью на его пах подо мной, — накажешь?

— Тебя наказывать и наказывать Юль. Сама невинность на вид, но нервы мои на кулак наматываешь профессионально.

У меня и в мыслях такого нет, случайно выходит.

Иван снимает меня с колен, переворачивает к себе спиной, прижимается. Мужская ладонь одним рывком стягивает с меня шорты и оставляет их болтаться на коленях. Мы падаем вперёд в самой неприличной из поз, я упираюсь локтями в покрывало, задница вверху. Иван набрасывается на мою шею, волосы сжимает в кулак и оттягивает. Выгибает под собой.

Когда его член входит глубоко, перед глазами плывет — и озеро, и камыши у берега, и удочки, одну из которых сорвало с треноги и тащит в озеро.