Книга Бабник, страница 44 – Аля Алая

— Что?! Что ты делаешь?

Меня захлестывает стыдом и хочется прикрыться. Почему нельзя просто сделать ЭТО?

То, как плотоядно облизывается Иван и склоняется между моих ног, пугает. Я в курсе, что люди занимаются оральным сексом, однако на себя его не примеряла. Это как-то слишком, я совсем не готова. Сначала нужно попробовать обычный и только потом переходить к извращениям.

— Вылижу, как и обещал, — мощное голое тело едет по траве, распластываясь передо мной. Светлая макушка пристраивается между ног.

О, мой бог!!!

Промежностью обжигает горячим дыханием. Между половых губ скользит упругий язык.

— Охх!!!

Хватаю ртом воздух, пальцы сжимают плед подо мной. Твою мать, что Иван творит? Он действительно вылизывает меня. Как кот.

Это... это... это.... невероятно стыдно и приятно.

— Моя ванилька, — доносится до меня довольное мурчание.

Точно кот. Только не домашний, а дикий.

И я попалась к нему в лапы.

Теперь мне конец.

— О боже! Боже! Иван! — вскрикиваю, когда этот демон принимается терзать мой клитор. Он нежно прикусывает его зубами, отчего я ругаюсь матом. Затем лижет. Раз за разом выписывает восьмёрки, хлестко бьёт кончиком языка, всасывает его в рот.

Новых ощущений слишком много. Мои корявые попытки удовлетворить себя самостоятельно с помощью пальцев вообще ни в какое сравнение с тем, что творит Иван, не идут.

Полностью растворяюсь в нереальных ощущениях, окружающий мир сужается до хлопкового пледа, на котором я лежу, и мужчины между моих ног.

— Ммм, — запускаю ладонь в его влажные волосы, двигаю бедрами навстречу языку. Низ живота сладко сводит, отчего даже пальчики ног подгибаются.

По телу пробегает дрожь, выгибаюсь. Вскрикиваю. Тело замирает в спазме. Это... это... ох... всю меня бьёт дрожью. Как же хорошо... хорошо...

Кожу опаляет горячими каплями спермы — живот, грудь, шея. Запах мускусный, резкий. Не самый приятный, но терпимый.

Заторможенно касаюсь жидкости пальцами, перевожу взгляд на Ивана.

— Все, ведьмочка озерная, тебе конец, — его ладонь скользит по моему животу, растирая сперму по моему телу, касается груди и замирает на моей шее. Слегка сжимает, перекрывая дыхание.

— Артем тебя убьет.

— Яйца мне оторвет, — цокает гад. А глаза довольные, на губах улыбка.

— Вот именно.

Его губы стремительно накрывают мои, язык проникает глубоко в рот. В моей голове нет больше ни единой мысли, в которой я могу Ивану возразить.

Я глупо сдалась.

И пусть…

Обнимаю его за шею, оплетаю ногами. Целую в ответ, захлебываясь от нехватки воздуха.

— Юлька, Юленька, — шепчет на ухо, — тебе сразу нужно было признаться в своем маленьком секрете, я бы убежал от тебя, сверкая пяткам. А теперь поздно.

— Что это значит?

Молчит, сверлит немного злым взглядом. Да что я сделала такого? Ну не сказала. Мне что, каждому встречному парню в невинности на всякий случай сразу надо было признаваться? А может еще справку показывать от доктора?

— Вернемся в дом, становится холодно.

Иван оставляет меня без ответа. Садится рядом, укутывая заботливо в плед, потом собирает нашу с ним одежду.

— Ты голый, — комментирую я.

— Ты очень наблюдательна.

Отвожу взгляд от члена, который опять возбуждён.

Не смотри туда, Юль… чревато.

Царственно поднимаюсь с земли, заворачиваюсь в плед, как могу, и иду перед ним по дорожке. Босые ноги колют мелкие веточки и еловые иголки. Вокруг стало совсем темно и это хорошо. Я вся пылаю...