Книга Онлайн - связь, страница 82 – Аля Алая

Гладь небольшого озера передо мной отражает кроны деревьев и кусок неба. Берег зарос с одной стороны пышным камышом, и оттуда дают концерт местные лягушки. По водной глади пробегает рябь ветерка.

Сжимаю ладонями край деревянного пирса и распрямляю плечи. Вдыхаю воздух полной грудью.

На коже постепенно появляются мурашки от прохлады вокруг, но в дом пока не хочется. Природа имеет одно очень важное свойство — она успокаивает и исцеляет беспокойный мозг.

По пирсу раздаются шаги, и Захар садится сразу за мной, окуная в собственное тепло. В моих руках тут же появляется большая чашка горячего чая.

— Замерзла? — он растирает кожу на моих руках ладонями.

— Немного, — отпиваю чай, и тепло потихоньку наполняет меня изнутри. — Вкусный.

— О чем думала?

— Обо всем понемногу. Тут так умиротворяюще. Очень хорошо.

— Мне тоже нравится. Сто лет не выбирался в такие места. Последние годы в перерывах между работой летал куда-нибудь на океан. Хорошо там, но не то.

— Согласна, — откидываю голову Захару на плечо, — там никто так не квакает.

— Точно, — он перехватывает чашку и делает глоток.

— Как ты себя чувствуешь? — поворачиваюсь к нему и трусь щекой о гладковыбритую щеку.

— Нормально.

— Захар, тебя пытались лишить жизни, не может быть нормально. Это страшно. Расскажи мне, я хочу тебя поддержать.

— В первый момент просто не понял, что происходит. Когда дошло, вывернул руль, чтобы не сбить ребенка с его мамой, которые шли по парковке, и прочесал боком весь ряд машин. Успел выпрыгнуть перед тем, как въехать в заграждение.

Он говорит сухо и практически без эмоций. Словно новостную сводку читает. Но я знаю: за этим кроется очень много. Просто мужчины другие. Они не склонны излишне эмоционировать.

— Боже, — закрываю глаза, и нервная дрожь расползается по телу.

— Тормоза испортили профессионально. Мне просто повезло, что я замешкался и не успел набрать скорость.

— Ты смелый, спас людей и себя тоже. Ты молодец, — восхищаюсь им. — Я совсем не такая, Захар, жуткая трусиха. Когда мне страшно, теряюсь и становлюсь деревянной. Я бы не справилась ни за что.

— У тебя есть я, — он сцепляет руки, пряча меня словно в коконе, — буду спасать, если ты позволишь.

— Уже. Спасибо, что Алекс меня уволил. Давно надо было, но я все не решалась.

— Пожалуйста.

— Тебя не коробит, что я у него работала? — задаю этот вопрос и страшусь услышать ответ. Это была не реальная проституция, но все же.

— Мы встретились там, Вера. Так что ханжество здесь неуместно. Вопрос закрыт, — говорит так, что я сразу верю.

— Хорошо.

— Но к тебе никто, кроме меня, больше не прикоснется. Никаких видео, фото и переписок тоже. Я ревную. Сильно.

Киваю, закрываю лицо ладонями и с силой тру. Мы открываемся друг другу и обнажаем свои души и мысли. Этот день стал для меня поворотным. В момент, когда я поняла, что могла потерять Захара, до меня, наконец, дошло. Хватит топтаться на месте и бояться всего и всех. Пора жить. Есть только этот момент в настоящем, его важно ценить. Прошлое нужно отпустить. И я смогу сделать это только при условии, что больше не буду молчать.

— Ты правда хочешь знать? Ну, что произошло со мной. Ты спрашивал.

— Хочу, — отвечает просто и затихает. Его руки сжимают меня, поддерживая. Шумно вдыхаю. Рассказать не так и сложно на самом деле. Ужасно только, что отстраниться не получается; весь этот кошмар опять тянется ко мне своими липкими лапами и прокручивается в голове, и я переживаю все снова в мельчайших деталях.