Книга Запретные желания, страница 69 – Аля Алая

— Дома вино, целых две бутылки – красное и белое, а еще виски на случай, если он пьет покрепче, – сражаюсь с ремнем безопасности и чуть не рву его с корнем, – вот за что, Вика? За что он так со мной?

— Ебаный моральный урод, блядь. Все они женатики такие. Ненавижу, – Вика тянется к бардачку, где у меня лежит пачка сигарет и начинает раскрывать упаковку. Ее можно понять, один такой еще в юности таскался за ней и пытался в постель затащить. Вика все рассказала его жене, но та устроила сцену, обвинила ее во всех грехах и выставила за дверь. Мужик тот потом зверем смотрел на Вику и всем рассказывал, что она шалава, которая на нем бедненьком висла и пыталась из семьи увести, – я буду вискарь, – подруга затянулась и выдохнула дым в форточку, – тебе прикурить?

— Давай, – киваю и остекленелым взглядом смотрю перед собой, – она беременна. Может, ей нельзя?

— Может и нельзя, – Вика прикусывает зубами сигарету и сосредоточенно ведет машину, – и что? Схуяли это стало оправданием тому, что мужик свой член в штанах удержать не может?

— Ты права, – сама делаю затяжку, поглядывая на красный огонек на конец сигареты. Курение никогда не было моей такой уж ужасной привычкой и я легко бросила еще год назад. Но в моменты, когда нервничаю, всегда хочется затянуться, – просто пытаюсь понять.

— Да просто мразь он, Лера. Тут нечего понимать. Распущенный ублюдок.

— Ты права, – отворачиваюсь к окну и прижимаюсь щекой к прохладному стеклу, – а я дура, такого не заметила. Он же никуда меня не водил, тренировки были вечерами и на ночь он никогда не оставался, хотя я и предлагала. К себе не звал. Семью и друзей не обсуждал. Я просто думала, что еще мало времени, что ему нужно разобраться в своих чувствах ко мне, – слезы застилаю глаза, – мне так стыдно перед этой Светой и этой девочкой. Господи, я с ним две недели....

— Прекрати, – Вика взвила и крикнула, – даже не думай брать вину этого козла на себя. Это он изменял, он! Ты не знала, – она заглушила машину у моего подъезда, – пошли, у тебя же и еда есть.

— Здоровая, – хмыкаю я носом и выбираюсь наружу, вдыхаю жаркий воздух, – на двоих как раз.

— Отлично, – печально улыбнувшись, Вика потянула меня домой.

Уже через два часа начались звонки от Алекса. Но у меня слушать его оправдания не было никакого желания. Да и что он мог мне сказать?

После бутылки вина, я набралась смелости и отправила ему сообщение, что меняю тренера и зал. Меня попросила не беспокоить, если не хочет, чтобы его жена хоть что-то узнала.

— Сволочь он, – завернувшись в плед на диване, я положила голову на плечо подруги и продолжила набираться, – с таким жить нельзя. Но у меня язык не поворачивается сказать его беременной жене, что у нее гулящий муж. Да и вообще, вот так взять и разрушить семью. Я вообще имею на такое право?

— Не знаю, Лер. Я один раз попробовала и оказалась виноватой во всех грехах. Хорошо, что после учебы уехала жить в другой город и больше не вижу косых взглядов соседей, что Борюсик мне обеспечил вместе со своей слепой женушкой. Эти твари привыкают изворачиваться и что им с рук все сходит. Совести там вообще никакой нет. А сказки поют так, что можно записывать.

— Алекс не пел. И я видела, что что-то не так. Просто мне казалось, что дело во мне. Ну знаешь… не подхожу ему чем-то. Для секса ок, а для жизни нет.