Книга Его сладкая малышка, страница 56 – Аля Алая

Не могу себя остановить, все время глажу ее волосы. Вдыхаю запах кожи, смешанный с духами. Как же я ее люблю. Нежно целую во влажную щеку, в висок, губы. Только моя девочка, ни одному подонку не позволил бы к ней прикоснуться.

— Спасибо тебе, спасибо, что за мной пришел. Боже, я бы сама не справилась, – Инка ловит мои губы и целует в ответ. На языке появляется соленый привкус ее слез. – Спасибо, спасибо, спасибо. Я такая дурочка, прости.

— Инна все хорошо, – сжимаю ее хрупкое божественное тело в своих руках. Стоит только в голове появиться мысли, что Инки могли касаться против воли. Эти четверо, боже. Вернуться и убить их. Взять и прострелить бошки уродам.

— Ты лучше всех, ты мой… герой, – под майку забираются Инкины ладони. На адреналине шибет не только меня.

Обхватываю окровавленной ладонью ее лицо, заставляя посмотреть в глаза. Рану сейчас совсем не чувствую. Целую Инку медленно, вжимаю в шершавую стену.

Хочу секса с ней. Прямо сейчас.

В глазах у Инны столько восхищения, что я схожу с ума. Моя. Только для меня.

Ни для кого и никогда я не был героем, спасителем. Все и всегда решали деньги. Сейчас понимаю, как мало решения одного финансового вопроса. Как важно делать для человека рядом настоящие реальные поступки. Быть для него чем-то большим, чем банкомат.

Торопливо расстегиваю ширинку и спускаю брюки. Инкины ноги закидываю за спину. Подсаживаю ее повыше и сдвигаю треугольник трусов в сторону. Целую, насаживая на себя. Ни о какой вялости члена сейчас нет речи. С ней стоит колом.

— Ох, Влад, люблю тебя, – шепчет, как заведенная, обнимает и целует, где дотягивается.

Между нами искрит, тела тянутся друг к другу, словно магниты, пытаясь склеиться. Толкаюсь мощно, выбивая хриплые стоны. Сжимаю ягодицы, кусаю через ткань платья нежную грудь.

Не знаю, как я выкручусь с бабками. Даже если нахер пошлет, все равно не отпущу и никому не отдам.

— Выиграл тебя в карты, пиздец, – хриплю Инне в рот, кончая.

— Выиграл, – соглашается. – Влад, тебя же ранили!

— Ммм, опомнилась…

— Давай в больницу. И полицию нужно вызвать. Наверное.

— Никого мы вызывать не будет. Любое разбирательство – это время. У нас медовый месяц и я не хочу потратить его на суды и разборки.

Учитывая, что у меня поддельный паспорт, мне вообще не стоит светить своим фейсом рядом с правоохранительными органами. Если афера раскроется, сяду я надолго.

— Тебя ранили.

— Царапина. На вилле где-то была аптечка. Подлатаешь меня. Тебе не впервой, так, малыш?

— Мне страшно, что они нас могут найти.

— Не найдут. В нашем районе им делать нечего. Оставшиеся три дня побудем на вилле, хорошо?

— Да, как скажешь, – Инна добирается до моей руки. Касается нежно, пытаясь понять, насколько все плохо.

— Потом, нам нужно идти.

Покинув укрытие, мы медленно продвигаемся по улицам, пока не находим скучающего таксиста с пустой машиной. Садимся назад, стараясь не привлекать внимания к моей руке, и спешим домой.

Там Инка хлопочет, словно медсестричка. Обрабатывает рану, бинтует.

Вижу, как хмурится, снова увидев идиотский след от помады на вороте футболки.

— Инна, – ловлю её ладонь. – Я не изменял. Просто в баре, где мы сидели, толкучка была. Наверное, девушка случайно.

— А в воду зачем в одежде полез?

— Был очень пьян, – вздыхаю я, – хотел протрезветь.