Книга Его сладкая малышка, страница 46 – Аля Алая

— Тебе спасибо, – Влад улыбается свободно и широко, словно мальчишка лет двадцати. Загар успел пристать к его лицу, делая еще более привлекательным. Хотя казалось, куда уже? – Знаю, у нас быстро все получилось. И ты была не совсем готова, но… Инна, ты лучшее, что случалось в моей жизни.

— Правда?

— Да, я тебя люблю, – его лицо становится серьезным, – и ты первая, кому я это сказал.

— Что любишь?

— Да, ты сделала из законченного циника, не верящего в отношения, влюбленного мальчишку, готового ради тебя на все.

Я от его признания готова воспарить. Еще чуть-чуть и взорвусь, словно хлопушка с конфетти. Забираюсь на мужские колени, отворачивая лицо. Не хочу, чтобы Влад видел слезы, накатившие из-за моей чувствительности.

— Инн, ты плачешь? – он поднимает мое лицо к себе, озадаченно рассматривая.

— Конечно, я же девочка – ранимая, чувствительная, – поспешно стираю влагу с щек, – а ты тут в таком мне признаешься. Мое сердечко не выдерживает твоей нежности, Влад. Если ты меня когда-нибудь после таких признаний обманешь, я не выживу, наверное.

Тело мужа напрягается. В его груди отчаянно стучит сердце, руки сжимают меня до хруста. Похоже, слишком впечатлила.

Мы вдвоем долго смотрим на горизонт, не говоря ни слова. Я напитываюсь окружающей меня обстановкой, океаном, горячим воздухом, запахом кожи Влада, смешанным с солью. Им самим. Я бы могла так сидеть вечно, лишь бы он меня держал.

Неужели в этот раз прыгнула с обрыва и меня подхватили. Неужели навсегда?

Ближе к закату яхта привозит нас на небольшой пустынный пляж. Возле самой кромки в воде величественно ступают фламинго. Розовые птицы, словно с открыток – яркие, красочные, практически нереальные на своих длинных ногах.

— И можно подойти? Они не улетят?

— Нет, – качает головой улыбчивый парень-инструктор, по совместительству еще и капитан нашей яхты. Мой ошалелый восторженный взгляд его забавляет. – Они привыкли к туристам. Возможно, будут щипать за одежду, намекая на корм.

— Ура! – Тяну Влада за руку. Мне не терпится подойти поближе, потрогать!

— Фламинго, настоящие, – шепчу с придыханием. На шее болтается небольшой фотоаппарат, который мне муж вручил на яхте. Пока плавали с дельфинами, нас снимал Андре. Сейчас я буду делать это сама. – Ты только посмотри, они такие большие, – рассматриваю степенно расхаживающих птиц. Они опускают клювы в воду, выискивая, чем поживиться, чистят свои пёрышки, некоторые спят. И прямо как на картинках, подняв одну ногу и спрятав голову в оперение. Щелкаю и щелкаю. Птиц. Закат. Закат и птиц. Влада, поставившего фламинго рожки и скорчившего смешную рожицу. Потом его же красивого на фоне заходящего солнца и океана. Диск наполовину в воде, к нам бежит багряная дорожка, окрашивающая все вокруг в красный.

У Влада в глазах сверкает что-то демоническое, так что меня даже пробирает. Слишком, до боли хорош собой.

— Идем.

— Я хочу побыть здесь еще чуть-чуть, – начинаю канючить. Мое парео промокло почти до пояса, пока я ходила по воде, но мне не холодно. Песок настолько теплый, что можно в него зарыться и спать. Мне почти тридцать, а не пять. И все равно я готова на подобное. Влада тоже хочу склонить к сумасбродству.

— Чуть-чуть слишком мало, я думаю, нам понадобится вся ночь.

Влад лавирует между недовольными птицами, которые собираются спать. Берет меня за руку и тащит куда-то.