Книга Новогоднее путешествие, страница 21 – Тома Глуб

— С любовью приходит страсть — а она сносит крышу, — я пожала плечами. — И это не самое страшное. Мне нравится страсть, мне нравится, как вы оба действуете на меня — это же не плохо.

— Конечно, — кивнул Блондин. — Просто мы — это один вечер. А кто-то должен быть с тобой настолько близким, под кожу чтобы, в мысли, в душу, в сердце. Чтобы ты и не думала ни о ком более. Не могла. Не видела.

— И желательно взаимно, — Брюнет подливает нам виски и касается губами бедра ноги, что стоит на его колене. Невесомо, нежно, но сводит меня с ума. Точнее, возбуждает нервные окончания. Но мне интересно закончить разговор.

— А как на это вообще попасть? Мне кажется, это вообще невозможно. Влюбиться в мужчину — что может быть проще? Но чтобы в ответ и, как ты говоришь, под кожу, в душу — нет, не верю. Я бы хотела, чтобы все было проще, но ты и сам понимаешь, что это сложно.

Блондин и не пытается ответить, кивая задумчиво. Брюнет пару минут думает. И говорит:

— Конечно, учитывая, что мы все еще в одной лодке и все еще за шаг от измены.

* * *

Сори, редактирование вчера завершила, но инет был настолько поганеньким в виду частых выключений света, что не могла нормально прогрузить главу) Потому сегодня их две) Вечером опубликую 5)

Я рассмеялась. Нет ничего смешнее, чем утопия ситуации, в которой ты находишься, а особенно, когда не можешь ничего поменять. Правда, смех всегда истерический в таких случаях. Безумцем кажется тот, кто честно об этом говорит, об измене, и откровенно показывает, что уже и не против. Он все для себя решил, пока как Блондин, прекрасно понимая, как нужно вообще себя вести в будущем с женой, просто еще не принял своего положения. Но я ему нравлюсь. Это главное в нашей ситуации.

— Я не считаю, что изменю, — как факт, я тоже подтверждаю, что не против, да и не была, откровенно говоря. — Но мы говорили о влюбленности, с ней все хуже.

— Почему же? С любовью все просто, — Блондин улыбнулся. — Окрыляет, отпускает, вдохновляет… Во всяком случае, так я понимаю то, как именно она действует на человека.

О, я почти загораюсь, когда понимаю, что они действительно не считают влюбленность и любовь разными вещами. Набираю воздуха в легкие…

— О, действительно? Действительно, считаешь, что любовь и влюбленность — это одно и то же? — такие разговорчики меня возбуждают сильно, но не в том плане, в котором можно подумать. Сразу появляется столько мыслей, столько всего, что мне хочется еще больше их убедить в обратном.

— Вот, кстати, все вокруг твердят, что это не одно и то же. Но… В чем разница? — прищурился Блондин. Эх, мужчины…

— А что, — я аж растерялась, словно он спросил что-то совсем простое и наивное. — Ты не понимаешь?

— Примерно, — хохотнул Блондин, складывая руки на груди.

— Объясни со своей стороны и для меня. Мне интересно, — прошептал Брюнет. — Тоже.

— Вообще, два определения — не одинаковые. Смысл иначе чувствуешь, даже ощущения другие. Влюбленность — это первичное чувство любви, наверное, вот так я определю, — увлекшись, я залезла с ногами на кухонную столешницу, прикрываясь рубашкой, и сложила ноги по-турецки, даже не выпуская широкий стакан с виски, лимоном и льдом из пальцев. — То есть, вот я, к примеру, увидела парня. С первого взгляда влюбиться, полноценно, нельзя, как я считаю. Этот человек может тебе понравиться внешне — или что-то еще привлечет твое внимание. Запах, цвет или длина тех же волос, фигура, поведение, первые отголоски сложного или легкого характера, и так далее. Обычно человек всегда в незнакомце больше выхватывает приятные детали. Я могу влюбиться уже немного узнав его, так немного проще самому себе объяснить твои чувства и эмоции. Или признаться, что вот да, кажется, что я влюбилась… И тогда ты ищешь все больше и больше положительных сторон в нем, отношения могут начаться, могут не начаться и тут уже ты не можешь контролировать это все, что бурлит внутри. И постепенно, когда первые взрывы рецепторы успокоились, неожиданно ты понимаешь — а ведь у него по-прежнему красивая улыбка, приятный запах, улыбка просто неимоверна… Любовь приходит уже спокойно. Остается надолго, заставляет идти ради нее на все и важно, очень важно, до того, как ты уже будешь готов на все ради любви — просто не утонуть в другом.