Книга Остров на двоих, страница 28 – Лана Крейн

— Но сначала мне нужно избавиться от этого мокрого груза, иначе я заработаю воспаление легких раньше, чем мы найдем твой отель.

Не дожидаясь ответа автослесаря, я расстегнула и сбросила промокшие кроссовки, а затем решительным движением стянула через голову майку и расстегнула шорты. Оставшись в одном лишь кружевном нижнем белье, которое от воды стало практически прозрачным, я принялась с усердием выжимать вещи, скручивая их в тугой жгут. В воздухе повисла звенящая тишина. Шум океана будто отступил на второй план. Я подняла глаза и обнаружила, что Соер замер на месте, абсолютно забыв про отели, лестницы и спасательные операции. Его голубые глаза, еще минуту назад выражавшие раскаяние, сейчас горели темным, обжигающим огнем. Взгляд прошелся от моих мокрых волос, сползающих по обнаженным плечам, скользнул по тонкой талии, вырисовывающейся под влажным бельем, и задержался на капельках воды, стекающих по бедрам. Он медленно сглотнул, и его адамово яблоко нервно дернулось. — Что? — с вызовом спросила я, хотя от этого искрящего взгляда по моему животу пробежала волна горячего трепета.

— Никогда не видел девушку в белье, автослесарь? Соер сделал медленный шаг ко мне, не сводя глаз с моих губ — Видел, куколка. Но именно так... под диким солнцем, на секретном пляже и с видом на мишленовского шеф-повара — впервые. И, честно говоря, спасаться отсюда мне хочется всё меньше и меньше. — Не подлизывайся, автослесарь! — хмыкнула я, пытаясь вернуть голосу прежнюю строгость, хотя пульс уже отбивал чечетку где-то в районе горла. — Твой комплимент не вернет моему телефону жизнь и не высушит шорты. Я встряхнула полусухие вещи и повернулась, намереваясь разложить их на теплом камне. Но Соер не собирался отступать. Он сократил расстояние между нами буквально в два широких шага, оказываясь так близко, что я снова ощутила раскаленный жар его тела. Мое дыхание сперло. Я снизу вверх посмотрела на его влажные черные кудряви, на темнеющие зрачки и на влажные губы, которые находились в каких-то заветных сантиметрах от моих.

«Господи, он сейчас меня поцелует, — пронеслось в голове сладкой панической мыслью. — Прямо здесь, голышом, на песке... И я ведь даже не против. Черт бы его побрал, я вообще не против!»

Я невольно приоткрыла губы, затаив дыхание и готовясь зажмуриться...Но Соер лишь ехидно прищурился, запустил руку в глубокий карман своих непромокаемых шорт и с торжественным видом извлек оттуда маленький фольгированный пакетик. — Держать себя в руках, куколка,

— усмехнулся он.

— Я просто хотел предложить тебе перекус. Соленый арахис. Герметичная упаковка, выдержала даже мой прыжок веры.

Я замерла, осознав, как глупо только что выглядела со своими приоткрытыми губами и ожидающим взглядом. Щеки моментально вспыхнули. — Придурок! — прошипела я, выхватывая пакетик из его рук. Но в момент передачи наши пальцы соприкоснулись. Простой, случайный контакт кожи к коже — мокрой, соленой, раскаленной от тропического солнца — сработал как разряд высокого напряжения.

Электрический импульс прошел от кончиков пальцев прямо к животу, сжигая дотла весь мой наигранный сарказм и его нарочитую сдержанность. Пакетик с орешками бессильно вывалился из моих рук, упав на песок. Соер тяжело, рвано вздохнул. Напряжение, которое мы оба так старательно пытались заглушить шутками и спорами, сорвалось с цепи. — К черту всё... — прорычал он. Его сильная ладонь жестко, без прелюдий зарылась в мои мокрые волосы на затылке, фиксируя голову, а вторая рука обхватила мою талию, мгновенно прижимая мое обнаженное тело к своему горячему торсу. И прежде чем я успела выдохнуть, Соер жадно, властно и почти грубо вопьется в мои губы. Это был не нежный поцелуй-прошение. Это был захват.