Книга С любовью, Лондон, страница 116 – Юлия Устинова

«Алекс – Юстасу. Как думаешь, я не слишком деградировала в Штатах? Хотелось бы думать, что я еще в состоянии сдать ЕГЭ»

Наташка не заставила меня долго ждать с ответом, и, в свойственной только ей манере, телеграфировала:

«Юстас – Алексу. Не смеши мои подковы, Чеснокова! Ты деградировала всего каких-то пару месяцев, а Самойлова – с первого класса! Ты реально собралась вернуться?????»

Со звонком в класс влетела Андерсон, а я все размышляла над тем, насколько серьёзным было мое намерение вернуться в Россию.

— Мистер Уитмен немного задерживается, — сказала завуч, бросив взгляд на часы на запястье, — надеюсь, вы в состоянии подождать преподавателя лишние пять минут?

Всеобщее молчание, которое знаменовало собой явный признак согласия, убедило Андерсон в том, что семнадцатилетние люди обладают необходимыми способностями для того, чтобы оправдать ее ожидания, и грозная завуч скрылась с горизонта так же внезапно, как и появилась.

— Чего уставилась? — с раздражением спросила Олли, обращаясь к Гите.

— Кто это говорит? — та прищурилась и подалась вперёд, — а это ты, Митчелл. Ты что-то сказала? — усмехнулась она, — прости, тебя и не разглядеть из-за стола.

— Надеюсь, это ты в состоянии разглядеть? — спросила Олли, демонстрируя Фернандес средний палец.

По классу волной прошёлся смех, вызвав на лице Гиты выражение неуверенности, которое она тут же спрятала за очередным саркастическим заявлением.

— Как остроумно! — воскликнула она, взглянув на сестру. Зита все это время казалась, на удивление, молчаливой, напоминая собой тень своей более стервозной копии. — Триш, ты не находишь?

— Нет, — не отрывая взгляда от стола, проговорила Зита, вызвав у остальных своим ответом задержку дыхания.

— Что значит «нет»? — Гита нахмурив брови, покосилась на сестру.

— Шей, может, ты уже заткнешься? Неужели тебе не надоело? — унылым тоном поинтересовалась Зита, повторно подвергнув всех риску стать жертвами гипоксии.

Охренеть! Да что с ней такое?

Народ одобрительно загудел, мы с Олли обменялись удивлёнными взглядами, а Гита ответила:

— Ты о чем? Что мне, по-твоему, должно надоесть? — и продолжила буравить сестру немигающим взглядом.

— Я не поеду с тобой в Бостон осенью, — ни к селу, ни к городу пробормотала Зита.

— Как это не поедешь? Да, что с тобой, Триш?! Очередной ПМС? — поморщилась другая Фернандес.

— Называй, как угодно, — невозмутимо ответила Зита, — но я с тобой ни в какой колледж не поеду! Меня достало быть твоей тенью! Я же даже шмотки не могу себе выбрать без твоего одобрения! — она с явным раздражением оттянула ворот своей розовой блузки без рукавов, — а сколько я выслушала от тебя за свою тату?! Я уже говорила с отцом вчера, он не против, чтобы я училась в Северо-Западном.

— Вот даже как? Значит, ты уже все решила за моей спиной? Хотела бы я посмотреть на то, как ты без меня справишься, — язвительно заявила Гита.

— Извини, но у тебя не будет такой возможности. Я больше не позволю тебе указывать, как и что мне делать! Я буду одеваться так, как я хочу, слушать то, что я люблю и встречаться с тем, кто мне нравится!

Зита бросила тоскливый взгляд на Уилсона, и я не могла не отметить то, насколько искренне и достойно звучали ее слова. Уверена, спич Зиты пришелся бы по душе даже самой Кларе Цеткин.