Книга С любовью, Лондон, страница 107 – Юлия Устинова

— Смотрите, кто заговорил! — к той всё-таки вернулся дар речи. — Курт, разве ты не опаздываешь на очередную липосакцию?

Несколько бройлеров-кретинов поддержали Фернандес идиотскими смешками, но Магуайр и бровью не повел. Зато Олли, которая до этой поры сидела молча, тут же соскочила со стула и выпалила:

— Засунь свой гадкий язык себе в задницу, стерва! Не то я снова…

— Олли, не обращай на нее внимания, — Курт приобнял девушку за талию и посадил к себе на колени. — Мне плевать, что она говорит.

— И давно ли тебе стало на меня плевать? — не унималась Гита, но Курт даже не взглянул в ее сторону. — Вот он – твой уровень, Курт, — та ещё и пальцем на Олли указала. — Жирдяй и коротышка! Только посмотрите на них, какая гармоничная пара!

Теперь не выдержала я и, решив забить на бесполезные разговоры, перешла от слов к делу, как ранее советовал Лондон. Схватив первое, что было под рукой, а именно, надкусанный шоколадный маффин, я замахнулась и швырнула его в Гиту. Снаряд попал ей прямо в грудь и, развалившись при ударе на несколько кусочков, скатился по ее голубому топу.

Народ в столовке начал входить во вкус наших разборок, и многие даже заржали, оценив мои снайперские качества.

— Отличный бросок, Китти, — похвалил меня Лондон за секунду до того, как Олли в плечо прилетела банановая кожура.

— Упс, промазала! — хохотнула Гита, отряхивая коричневые крошки с топа, — но так даже лучше.

Олли соскочила с коленей Курта и вернула кожуру туда, откуда она и прилетела, но тоже промазала, зарядив О’Брайену прямо между глаз.

Так и началось это спонтанное пищевое побоище, которое также спонтанно переросло в драку. Курт, уже по традиции, метелил Джастина, Лондон сцепился к другим бройлером. Том тоже не остался в стороне и после того, как в него прилетела тарелка риса с овощами, отстреливался всем, что попадалось ему под руку. Такую картину и застала наша завуч, мисс Андерсон. Эта тучная женщина в строгом сером костюме с суровым видом и двумя охранниками нарисовалась в столовке в самый разгар нашего эпичного сражения, и вот уже минут пять, как вопила на нас, пытаясь выяснить имена зачинщиков драки.

— Или вы скажете мне, кто начал это безобразие, или все сегодня останетесь после уроков! — визжала она. — Я немедленно сообщу обо всём вашим родителям и тренеру! Не думайте, что вам сойдёт с рук подобное поведение!

— Не надо тренеру, — простонал кто-то из бройлеров.

— Только не родителям, — едва слышно произнес Лондон, смахивая с моей юбки прилипший рис. — Мне точно конец.

Вот именно в эту минуту меня и переклинило. Я не могла допустить, чтобы Лондона отправили в этот лагерь для трудных подростков, как и того, чтобы у Магуайра были проблемы с тренером в разгар футбольного сезона. Поэтому, недолго думая, я подняла руку, как меня учили в родной челябинской школе, и поймав на себе скептический взгляд завуча, решительно проговорила:

— Я – зачинщик драки, мисс Андерсон.

Но, стало понятно, что переклинило не одну меня, потому что Лондон тут же взял слово и заявил:

— Не слушайте ее, мисс Андерсон. Это я виноват.

— И я тоже, — сказал Магуайр.

— Про меня не забудьте, — беззаботно проговорила Олли, все еще пытаясь оттереть салфеткой пятно на джинсах.

Мисс Андерсон только успевала крутить головой и выслушивать очередное чистосердечное признание.