Книга Amore mio Юля Котова, страница 88 – Юлия Устинова

Господи, тоже мне трагедия!

— А тебе-то сколько?

Этой тощей с одинаковым успехом могло быть как двадцать пять, так и тридцать пять.

— Двадцать восемь, — она сказала это таким унылым тоном, что я непроизвольно хохотнула. Даже бабуля Сильвия выглядела намного оптимистичнее, говоря о своем возрасте.

Что за пунктик такой? Вот мне восемнадцать… и что в двадцать восемь или девяносто восемь я вдруг стану другим человеком? Да не дождетесь!

Я снова смотрела на Бредина, представляя его тридцатилетним, и внезапно ощутила жар в груди, воображая, в какого взрослого красавца он рискует превратиться.

Интересно, где буду в это время я? И что будет с нами?

Бредин повернулся и, заметив, что я смотрю на него, помахал мне молотком.

— Я… на семь лет старше него. Все мои подруги давно замужем, уже нарожали по второму ребенку. Эти их вечные фотки с семейного отдыха!.. А что я? Связалась со студентом, — Дарья снова зашмыгала.

Мне почему-то захотелось успокоить ее. Вероятно, сказывалось вино, выпитое на голодный желудок, и в целом повышенный уровень любвеобильности. Все Бредин со своими штучками. Превратил меня в какую-то романтическую размазню. Самой от себя неудобно.

— Подумаешь. Вет же совершеннолетний, и ему остался какой-то год до выпуска. К тому же он учится в другом вузе. Не пойму я, что тебя смущает.

— Дело не в этом! — воскликнула Дарья. — Он лгал мне.

Я хмыкнула и снова сделала глоток.

— Нашла из-за чего париться. Уверена, он пошел на это, потому что ты ему нравилась, и он боялся, что ты сочтешь его малолеткой. Вот и все. Это же очевидно! Насколько я знаю Вета, авантюризм не в его стиле, но, выходит, ты его чем-то зацепила, раз он решился на это. Если тебе станет легче… Бредин, — я кивнула в сторону окна, за которым плотничал парень, — прикинулся, что неравнодушен ко мне, чтобы не выглядеть слабаком перед кучкой дебилов. Он испортил мне выпускной, чтобы просто потешить свое самолюбие.

— Правда? — Дарья ошарашенно смотрела на меня. — И ты с ним… после этого?

— Как видишь, — я улыбнулась.

— А как же гордость? Ты ненормальная, — диагностировала девушка.

— Не ты первая, кто мне это говорит… Вот с Ветом неудобно вышло. Он неплохой парень, но…

— А я так разозлилась на него, — она перебила меня и истерично засмеялась, — и сказала ему, что выхожу замуж.

— Детский сад какой-то, — теперь настал мой черед констатировать очевидное. — И что он?

— Просил прощения, букеты заказывал. Столько роз я за всю жизнь не видела! — мечтательно произнесла Дарья. — В тот день, когда я увидела тебя и его… до меня дошло, какой я была дурой. Но здесь на башне… когда ты целовалась с Ромой… и вчера в машине, и я подумала, что … не знаю… может… — она начала мямлить, но общий смысл до меня дошел.

— Хочешь вернуть его? — спросила я.

— Он же не подоходный налог. Как я это сделаю? — Дарья потянулась к упаковке бумажных платков и, вытащив один, от души высморкалась. — Но… знаешь, он тоже недолго страдал, и двух недель не прошло, как он подцепил тебя. Это обидно, знаешь ли?

Я покончила с вином и отодвинула бокал. В желудке стало тепло, а в голове — туманно.

— Мой непродолжительный опыт отношений говорит о том, что многое можно разрешить одним лишь разговором.

Я выпила немного, но чувствовала, что созрела для того, чтобы начать раздавать советы двадцативосьмилетнему экономисту.