Книга Одинокие сердца, страница 41 – Юлия Устинова

— Привет, — произносит он, потеснившись к стене, чтобы пропустить мужчину на костылях.

Я тоже двигаюсь, и теперь мы стоим в стороне от Яны и Андрея.

— Здравствуй, Миша, — я не узнаю свой голос.

Мое сердце колотится.

Я и забыла, какой Чурилов высокий и широкоплечий. А ещё у Миши выросла борода и усы.

Божечки.

До этого момента я была ярой противницей такого патриархального стиля, но сейчас готова проглотить все свои прежние убеждения.

Заявляю со всей ответственностью: Чурилов и борода были созданы друг для друга.

— Не думал, что мы встретимся при таких обстоятельствах, — озорные нотки в голосе Миши вызывают у меня улыбку.

— Да уж, — я стою как истукан, завороженная близостью могучего мужского тела. — Как он? — изображаю озабоченность состоянием его брата, хотя в данную минуту мне плевать на всех и вся.

— До свадьбы заживет. Растяжение, — говорит Миша. — Больше паники развели.

— Ясно, — говорю я.

Туше.

Больше ни слова не могу выдавить. В голове пусто, а все, что вертится на языке — полная нелепица.

— Поехали домой, — командует Яна, спасая меня от неловкого молчания.

— Да ты гонишь, у меня мальчишник, вообще-то! — возмущается Андрей.

— И каким местом ты собрался держать кий? М? — строго спрашивает Яна.

Мы с Мишей переглядываемся.

— Ой да ладно тебе, ничего же не случилось! — легкомысленно бросает Чурилов-младший.

— Не случилось?! У нас свадьба на носу! — рявкает его невеста. — Я не хочу, чтобы потом мои внуки спрашивали, почему их дед в гипсе на фотках! И ты мне вальс обещал, Чурилов! — напоминает ему.

— Блин. Жаль, что это не ноги, — парень вздыхает, глядя на свою руку, обмотанную повязкой.

Я хлопаю глазами, услышав такое от профессионального футболиста, которого те самые ноги кормят.

— Андрей! — одергивает его Яна, тоже не оценив чёрного юмора.

— Шучу, — улыбается парень и прижимает к себе девушку здоровой рукой. — Ну все, иди сюда. Испугалась?

— А как ты думаешь?! — всхлипывает Яна.

— Давайте уже свалим отсюда? — предлагает Миша.

— Да, погнали, хватит булки парить, — вылетает у меня.

Миша сразу же впивается в мое лицо задумчивым взглядом.

Мы выходим на улицу, где снегопад и не думает прекращаться. Мои щеки все ещё горят после того, как я буквально расписалась в том, что засмотрела до дыр канал Чурилова и зазубрила все его фразочки.

— Ну что, куда вас? — спрашиваю Андрея с Яной, когда те забираются на заднее сиденье.

— Домой, — произносят они в один голос.

Я улыбаюсь.

Кто бы сомневался.

Тем временем Миша устраивается рядом, предварительно откатив кресло, чтобы его длинные ноги не упиралась в переднюю панель.

— Тимофеева, а когда это ты машину купила? — удивляется Андрей.

— Недавно, — уклончиво отвечаю, заводя двигатель.

— Ты что? Я же тебе говорила! — восклицает Яна.

— Да? Не помню. Мы же ее не обмывали, — замечает Андрей. — А если не обмывали, то и вспомнить нечего, — дурачится он.

— Золотые слова, братишка, — посмеивается Миша.

— Ремень, — мягко напоминаю ему, сдавая назад с парковочного места.

— Ты же к нам сейчас? — Андрей толкает брата в плечо.

— Нет, — тянет Миша, поднимая ладони. — Я домой, спать. До вас доеду, а там такси вызову.

— Зачем такси? — встревает Яна. — Алёнка тебя отвезет, куда скажешь. Да ведь, Алён, прокатишь Мишу на своей "девочке"? — она нарочно делает акцент на последнем слове.